Господа офицеры

Олексин молча пожал плечами.

– Я не доверяю аристократам, – резко сказал молодой парень.

– Погоди, сынок, – сказал старший. – Сдается мне, что Этьен и так наболтал много лишнего. Мы спрашиваем вас, сударь, потому, что у нас четыре судьбы, а у вас одна. Право на нашей стороне.

– Поручик Гавриил Олексин. Направляюсь в Сербию и хотел бы добраться до нее как можно скорее. Насколько я понял вашего товарища, наши желания совпадают. Если у вас есть какие-то планы, готов их выслушать.

– Русские волонтеры живут в отелях побогаче.

Вам это не по карману?

– Это мое личное дело.

– Наше общее дело зависит от вашего личного.

– Я не знаю ваших дел, но полагаю, что мои дела – это мои дела.

– Он не тот, за кого ты его принимаешь, Этьен, – сказал старший, вздохнув.

– Вы свободны, месье, – сказал парень. – Извините.

– Погоди, Лео, – поморщился старший. – Как знать, может, мы и испечем с вами пирог, а? Предложи офицеру стул, Этьен.

– Прошу вас, господин Олексин. – Этьен усадил Гавриила, сел рядом.

 – Извините за допрос, но мы рискуем жизнями, а вы – только временем.

Итальянец со стуком захлопнул нож, по-прежнему не спуская с поручика настороженных темных глаз. Старший сосредоточенно копался в трубке, Лео глядел исподлобья и, кажется, уже с ненавистью.

– Похоже, что я не понравился вашему другу, – сказал Олексин старшему.

– Если вас треснут по башке прикладом только за то, что вы не успели снять шапку, вы тоже станете глядеть на мир недоверчиво.

– Полагаю, что его треснули пруссаки, а не…

– Не совсем так.

 – Старший раскурил трубку и удовлетворенно затянулся. – Нам бы не хотелось, чтобы о нашем плане знал кто-либо еще.

– Я ни с кем не встречаюсь.

– Сегодня не встречаетесь, завтра захотите встретиться. Нам нужны гарантии.

– Например?

– Слова чести было бы достаточно, я думаю.

Старший посмотрел на товарищей. Итальянец важно кивнул, Лео недоверчиво усмехнулся, но промолчал.

– Достаточно, – сказал Этьен. – Я знаю русских.

– Значит, вы просите в поруку мою честь? Однако она у меня одна, и я хотел бы знать, кому ее доверяю.

– Ишь чего захотел! – сказал Лео. – Нет, я не люблю аристократов.

– Мы не бандиты, – с легким акцентом сказал итальянец. – Не бандиты и не преступники, хотя за нами гоняются по всей Европе. Не знаю почему, но я вам верю так же, как Этьен. Мы парижане, господин офицер.

– Вы парижанин?

– Бои на баррикадах делали парижан даже из поляков. А уж из итальянцев тем более.