Асфальт

В-третьих, Володя был очень активен, всё время что-то придумывал, очень много репетировал сам, постоянно сочинял стихи, причём в основном на малоизвестном ему английском языке. И, в-четвёртых, у Володи был сильный и действительно красивый голос.

Через все эти репетиции и ежедневные, ежевечерние и часто ночные заседания в гараже прошло много людей. В каком-то сухом остатке и итоге из всего этого получилось несколько семей, пара сломанных жизней, три приличные песни и только Володя остался с музыкой на всю оставшуюся жизнь.

Только Володя остался с длинными волосами и с гитарой в руках. Он всё-таки закончил зачем-то транспортный институт, по специальности не работал ни одного дня. Чем бы он ни занимался, он всё равно вечером запирался в гараже и занимался музыкой. В конце концов он остался один. Обвинил всех в предательстве, бесчувственности, бездарности и в желании жить легко и как все. Он остался один. Правда, с ним осталась единственная их певица, которая закончила уже музыкальное училище, но осталась преданна гаражной музыкальной романтике.

На ней Володя и женился.

Теперь у Володи была своя музыкальная студия, где он записывал всё и всех, кто хотел что-то записать и готов был за это заплатить. Работа его студии была расписана плотно и круглые сутки. У него в студии пели и играли как известные музыканты, чьи песни звучали по радио, так и мужики с толстыми шеями, которые сочиняли песни про правду жизни, а их друзья были в восторге от таких песен и убеждали этих мужиков, что пора наконец обрадовать мир.

Приходили к Володе серьёзные отцы с талантливыми парнями лет четырнадцати—пятнадцати. Отцы платили за то, чтобы в Володиной студии помогли записать их сыновьям отчаянно грустные песни про свечи, про тени, про смерть и кровь на чёрных стенах. Эти отцы не понимали, о чём поют их дети, но делали умные лица и знали, что их дети далеко пойдут. Были среди его клиентов и бывшие модели, бывшие официантки или танцовщицы, которые решили стать певицами.

Некоторые писали музыку или стихи, или и то и другое сами, но чаще они заказывали стихи и музыку.

Володя с лёгкостью выполнял такие заказы. Все такие его песни были похожи одна на другую, но он не переживал. Главное, что мужья или хорошие знакомые таких певиц, нормально платили за работу. Это всегда были мужики, сильно пахнущие одеколоном, и в возрасте от сорока пяти и старше. Володя рассказывал про них, что они лично договаривались с ним об условиях. Он смеялся и говорил: «Они все говорят одно и то же.