«Телефон доверия» и другие рассказы

В тот самый момент секретарша Петра Петровича, рабочее место которой располагается непосредственно возле кабинета шефа, почувствовала запах. Отвратительный смрад шел явно из директорского кабинета. Женщина зашла внутрь и ужаснулась: в кабинете пахло, словно от забытого куска мяса в отключенном холодильнике. Она взяла освежитель воздуха и прошлась с ним по всей комнате. Два сильных резких запаха, витая в воздухе, стали распространяться и по другим кабинетам. Благо у одной верующей сотрудницы оказалось в столе немного святой воды.

Она, сообразив, что запах тления не может появиться без причины, окропила помещение, и тот исчез.

После этого случая Петр Петрович круто изменил образ жизни, стал исповедоваться и регулярно причащаться.

* * *

Кстати, о запахах. Умирала мама одной из наших верующих. Человек пожилой, той еще, старой закваски. В свое время много потрудилась на общественной работе в профсоюзе, старалась помогать людям. Но в церковь никогда не ходила, ограничивалась только освящением куличей.

В последний год жизни начала понемногу разворачиваться к Богу, даже вышила для нас большую красивую салфетку. А во время Великого поста согласилась собороваться. Причащаться, правда, побрезговала.

Причащал ее дома, когда она уже не вставала. Исповедалась бабушка как могла. Хотя я еще не встречал человека, который, ранее не бывая в храме, на смертном одре покаялся бы по-настоящему. Наконец согласилась причаститься.

Старый человек постепенно угасал, и о ней по просьбе дочери молилось немало людей.

Однажды дочь мне звонит:

– Батюшка, где вы? Мне нужно с вами обязательно увидеться.

Договорились о встрече.

– Иду по дому и вдруг чувствую в коридоре отвратительный запах тухлятины, – рассказывает дочь. – Сначала растерялась. Думаю – из-за чего он мог появиться? Зашла в комнату к маме и поняла, что запах идет именно от нее. Только живой человек так пахнуть не может. Подхожу к ней, она лежит и смотрит на меня широко открытыми глазами, и в них страх, мне и самой стало не по себе.

Я тогда перекрестилась и стала читать Иисусову молитву. Меня никто этому не учил, само собой в голову пришло. Только запах исчез немедленно, как и появился.

Потом, уже на второй день после смерти мамы, вела машину и кожей почувствовала: сзади меня сидит что-то большое и страшное. Оно молча требует, чтобы я повернулась и посмотрела на него, а я не могу. Трасса переполнена, обернись я назад – и авария неминуема.