В Питер вернутся не все

За что мне его убивать-то? Из мести, думаете? За ту историю двадцатилетней с лишним давности? За нерожденного ребенка? Ну, за это только в книжках мстят…

Меня единственное что расстраивает… Сказать? Ну, раз уж у нас пошла такая пьянка… Он ведь меня не узнал! Неужели я так уж переменилась? Неужели такая старая? Ну да, он сам постарел, и сильно… Но я-то его узнала! С первого взгляда! А он меня – нет. Начал передо мной рассыпаться, кто он такой и зачем в Москву едет… А то я его не знаю! Мне даже хотелось его спросить про одну интимную вещь.

Про родинку, о которой любовницы только знают… Ах как бы у него лицо вытянулось… Да, не узнал он меня. Вот в чем засада-то…

* * *

Дима выпил вместе с проводницей едва ли не полбутылки водки. Если б не плеснул себе в пару к водочному стакан колы, куда регулярно тайком выплевывал «огненную воду», вряд ли б продержался: на старые дрожжи, да еще с недосыпа… Однако правильно учил его старый газетный мэтр Колосников: «Человек, не умеющий пить (или хотя бы делать вид, что пьет), потерян для журналистики.

Журналисту лучше не уметь писать, чем не уметь пить».

Полуянов хорошо осознавал: проводница Наталья разоткровенничалась благодаря «бутыльменту», который сама же на стол и выставила. Ну и, конечно, умению репортера – чего уж тут скромничать! – правильно поставить вопросы, разговорить человека. Да и, чего греха таить, неземному Диминому обаянию, на кое особенно велись женщины среднего и старшего возраста.

Верил ли он проводнице Наташе? В то, что у нее в молодости был роман с Прокопенко, – бесспорно.

А в то, что она его не убивала? Бог ее знает. Вроде она была искренна. А как на деле…

Если все же убила именно она, это в принципе соответствовало бы женской психологии. Девушки и женщины не умеют долго вынашивать, лелеять месть. Они, коли уж кому-то мстят, то чаще спонтанно: увидела обидчика – вспомнила былое – поднялась у нее из глубины души муть – взяла и подсыпала в бокал яд… или ножом полоснула… Поэтому выводить проводницу из числа подозреваемых пока не стоит…

Журналист успел задать Наталье парочку контрольных вопросов.

Действительно ли она заперла на ночь дверь, отделяющую вагон от остального состава? Ответ: да, в самом деле заперла. Кто мог ее отпереть с противоположной стороны? Ответ: бригадир поезда, да и любой проводник любого другого вагона. А ложилась ли она сегодня спать? Ответ: нет, не ложилась. Выглядывала или выходила ночью в коридор? Да, и выходила, и выглядывала.