Будь у меня твое лицо

Мы с Суджин познакомились на первом году обучения в средней школе, когда нам поручили работать на тележке с бататом. Многие подростки в Чхонджу так зарабатывали себе зимой на карманные расходы: стояли на углах заснеженных улиц, жарили батат в маленьких жестяных бочках на углях и продавали на несколько тысяч вон каждый. Разумеется, этим занимались только плохиши, те, кого называют илджин – бандой; такие есть в каждой школе. Ботаники же были заняты подготовкой к вступительным экзаменам и ели ланчи из милых маленьких коробочек, которые по утрам собирали им мамы.

Опять же, те, кто торговал бататом, были хорошими плохишами. По крайней мере, за деньги мы предлагали людям хоть что-то. Настоящие плохие ребята отнимали деньги просто так.

За лучшие уличные углы велись жестокие бои, и мне очень повезло оказаться в паре с Суджин: она умела быть безжалостной. Прежде всего она научила меня пользоваться ногтями. «Ты можешь выцарапать ими глаза кому угодно или пробить дыру в горле, если захочешь. Но твои ногти должны быть достаточно крепкими и длинными, чтобы не сломались в критический момент.

 – Она осмотрела мои и покачала головой. – О да, эти точно не сломаются». После этого она посоветовала мне укрепляющие витамины и уплотняющий лак.

В те времена я еще могла говорить. Мы с Суджин шутили, и пели, везя тележку, и во всю глотку кричали, заманивая прохожих: «Батат полезен для вашей кожи! Он делает вас здоровее и красивее! А еще он такой вкусный!»

Несколько раз в месяц старшеклассница Нана, уступившая нам свой завидный угол, забирала полагавшиеся ей пошлины.

Она была популярным членом илджин и после серии легендарных драк отвоевала себе целый район. В последней она все же сломала мизинец и на время выздоровления передала нам свою территорию.

Нана периодически отвешивала оплеухи всем девочкам в школьных туалетах, но меня любила: я была единственной из банды, у кого не было парня. «Ты знаешь, что главное в жизни, – всегда говорила она мне. – А еще ты выглядишь невинной, и это здорово».

Я благодарила ее и низко кланялась, а затем она отправляла меня за сигаретами. Хозяин магазина на углу не продавал их ей: ему просто не нравилось ее лицо.

Думаю, я знаю, почему Суджин так помешана на внешности. Она выросла в «Лоринг-центре», который все в округе считали цирком уродов. Здесь жили не только сироты, но также инвалиды и умственно отсталые. Суджин рассказывала, что ее родители погибли, когда она была совсем ребенком.