Смерть и прочие хэппи-энды

Как часто мы говорили с тобой об этом? Пережив предательство в браке, я боялась этого больше всего. И ты был таким понимающим, таким искренним, что я почувствовала: я могу тебе доверять. Но мне не следовало, правда?

Называй это женской интуицией, если хочешь, но я знала, что Мелисса ждет за кулисами, как бы ты ни уверял, что она просто друг. Кто бы в это поверил? Хотя, признаюсь, иногда я жалела, что не поверила. Но в тот момент, в той неловкой ситуации, я не хотела снова стать жертвой. Я должен была контролировать ситуацию – и поэтому закончила отношения.

Теперь я жалею, что была такой гордой. Я слишком поторопилась. Все это время я думаю: «а что, если?..» Что, если бы я сражалась за тебя? Если бы сказала, как много ты для меня значишь, вместо того чтобы притворяться, будто мне теперь все безразлично? Что, если бы я поверила тебе? Нам ведь было хорошо вместе. А такие отношения – редкость. Я очень скучаю по тебе, Гарри.

Вот такие дела. Все карты раскрыты.

И, раз уж пошел такой откровенный разговор, я, несмотря ни на что, хотела бы снова тебя увидеть, если ты не против. Надеюсь, ты не против? Сказать последнее «прощай».

    Дженнифер».

Дописав это письмо, я почувствовала себя полностью опустошенной. Поэтому только через несколько дней достаточно собралась с силами, чтобы обратиться к Изабель.

Как сказать сестре, которую любишь, что ты умираешь? А потом выдернуть чеку из гранаты и выложить все те ужасные вещи, которые она тебе сделала и которые ты раньше принимала молча.

Как рассказать о старых ранах, о которых она даже не подозревает, потому что у тебя никогда не хватало смелости заявить о них?

Но именно это я и сделала. Сначала я сообщила, что люблю ее, а затем позволила всей застарелой боли выплеснуться на бумагу. Я тщательно каталогизировала каждый случай ее двуличия:

«Помнишь, как ты увела у меня парня? И не просто парня. Нейла! Мою первую любовь. Того, с кем, как я думала, я останусь навсегда.

И ты даже не извинилась. Как будто существует какой-то средневековый закон, который дает тебе право похищать у младшей сестры все, что тебе вздумается. Я говорила тебе, как я была опустошена, но ты только посмеялась надо мной. Это разрушило очень многое. Не хочу винить тебя в том, что я плохо сдала экзамены, но знаю, что могла бы добиться большего, если бы не была так раздавлена горем».

И я продолжала в том же духе.