Доживем до понедельника. Ключ без права передачи

Без особых предисловий вынул он из внутреннего кармана тот листок, который мы уже видели у него в руках, и сказал:

– Наташа! Отбил… Хотите послушать?

Да, она хотела…

Это не вранье, не небылица:

Видели другие, видел я,

Как в ручную глупую синицу

Превратить пытались журавля…

Чтоб ему не видеть синей дали

И не отрываться от земли,

Грубо журавля окольцевали

И в журнал отметку занесли!

Спрятали в шкафу, связали крылья

Белой птице счастья моего,

Чтоб она дышала теплой пылью

И не замышляла ничего…

Но недаром птичка в небе крепла!

Дураки остались в дураках…

Сломанная клетка…

Кучка пепла…

А журавлик – снова в облаках!

– А знаете, что он написал в этом сочинении?

– Откуда? Из кучки пепла? – засмеялся Мельников.

– А вот я знаю. Случайно. Он написал: «Счастье – это когда тебя понимают».

– И все?

– И все!

Неловко было им оставаться дольше в пустом классе под охраной таких и стольких «заинтересованных лиц».

Мельников с силой открыл дверь.

От этого произошел непонятный шум: оказывается, Сыромятников подслушивал и получил за это сногсшибательный удар дверью по лбу!

Вот он сидит на полу, вокруг все ребята над ним смеются. И Наташа. И сам Илья Семенович. А Сыромятников, вольно разбросав свои длинные ноги, сперва хотел изобразить тяжкие увечья, но передумал и оскалился всей лошадиной прелестью щербатой своей улыбки:

– Законно приложили!..

Проходивший мимо первоклассник Скороговоров окликнул его сзади благоразумным голосом:

– Дядь, вставай, простудишься.

Ключ без права передачи

Давайте говорить друг другу комплименты –

Ведь это все любви счастливые моменты…

Булат Окуджава

Большинство ребят еще не знало Назарова в лицо. И он не вызывал к себе особого интереса, когда шагал среди половодья перемены рядом с замдиректора по воспитательной части. Чей-то родитель или чей-то представитель – так, наверное, думали, если думали о нем вообще.

– Полагалось бы собрать всех в актовом зале, – сказала ему Ольга Денисовна.

– Это обязательно? – спросил он с заметным отсутствием энтузиазма. – А я уже стал знакомиться в рабочем порядке. С каждым классом в отдельности.

– Можно и так, ваше право… Федорук! Юра! – окликнула она парня, который, опережая их, толкнул Назарова.

– Чего?

– «Чего»!.. – горько повторила она. – Извиниться полагалось бы.

– Извиняюсь.