Доживем до понедельника. Ключ без права передачи

– Так вы что… совета у меня просите?

– Да! И объяснения: почему наша молодость так безжалостна бывает, так неблагодарна? Почему наша образованность так… некультурна? Если я верно понимаю это слово – «культура»…

– Вот вы о чем… – пробормотала она. Ей казалось, что она видит его впервые.

– Да! Я, наверное, не смог бы написать сочинение «Почему провалился „Гамлет“?». Я, может, не понял бы, что постановка плохая… Зато я помню, что там говорится про связь времен. Говорится?

– «Порвалась дней связующая нить.

Как мне обрывки их соединить!» – тихо прочла Марина.

– Вот-вот. Нельзя, чтоб она порвалась, правильно? Ни на один день нельзя допустить! А вы допустили сегодня… И мне морока теперь – обрывки соединять!

Он подождал: может быть, Марина возразит, станет обороняться. Нет, она молчала. Ее шея, умевшая приобретать такое гордое выражение, сейчас была слабой, и казалось, что ворот черного свитера велик ей на несколько размеров.

Кирилл Алексеевич со вздохом вспомнил про магнитофон и стал производить с ним какие-то манипуляции, нажимая на клавиши.

– Что это вы делаете?

– Стираю! Я на вас никаких материалов не получал. И без того работы хватает… – раздраженно и не очень уверенно, словно наугад, он повернул один рычажок, другой – и поставил-таки на «стирание».

– Я помню, – сказала Марина, – это про Эмму Палну… Вы думаете, я не имела права?..

– Да-да, про нее, про меня, про мое солдафонство… Конечно, не имели. Это я даже обсуждать не хочу.

– Но когда ребята спрашивают в упор…

– Марина, – обойдясь почему-то без отчества, прервал он.

 – Вам повезло: вы соединили призвание и кусок хлеба. Случай ведь не ахти какой частый. А у Эммы Павловны не вышло так… Жалко, симпатичная женщина. Ребятам, может, не под силу еще понять ее беду, а вы-то должны… Заблудился человек, не туда попал. Это как если бы вас сделать дипломатом – представляете, какая угроза миру?

Ее грубы дрогнули, попытавшись улыбнуться.

– Вы так и не помирились с дочкой?

Он покачал головой непреклонно:

– Бабка – та уже простила.

Я – нет.

– И вы всерьез от меня ждете совета?

– Жду! А как же? Вот если б моя Надька училась у вас, ходила бы к вам домой, как эти из десятого «Б»… Те же песни слушала бы и сама пела… Даете гарантию, что тогда не воспиталось бы такое свинство? Французские стихи, музыка, «Гамлет», Пушкин с Ахматовой, сказки Шварца – это гарантия? – сверлил он ее.

– Я всегда была уверена, что – да, – тихо сказала Марина.