Одинаковые

Злился и на себя, и на своего друга-профессора, где-то откопавшего эту травницу, и на весь мир, ополчившийся против него.

Потом позвонил другу и, не подбирая слов и выражений, вывалил на него все свои обиды, упреки, опасения и обвинения. Однако, тот, только что вернувшийся из заграницы, не растерялся, выслушал спокойно бранный поток и нелестные выражения, отложил все дела и приехал к Павлу с бутылкой вина и головкой итальянского сыра.

– Ну, что? Все мечешься, как зверь в клетке? Маешься без дела?

– Да если бы! – Павел сердито обернулся к нему.

 – Твоя Агафья меня просто заколдовала. Не смейся… Я теперь уверен, что она гипнозом владеет, с такими глазищами иначе и быть не может!

– Так что? В чем проблема? – друг присел на диван.

– Как жить-то мне теперь? Что делать? – Павел, чуть не плача, хлопнул кулаком по столу. – Силы и здоровье вроде бы вернулись, а для чего они мне? Ничего не хочется, не волнует меня ни теория, ни практика, ни студенты, ни коллеги. Никакие формулы и выкладки не заводят, не воодушевляют.

Нет мотивации! Куража нет! Я словно выжатый лимон, понимаешь?

Профессор, внимательно поглядев на него, озабоченно покачал головой.

– Знаешь, Пашка, что я тебе скажу? Серьезно, без всяких шуток и насмешек. Ты плохо выглядишь. Видно, организм хоть и восстанавливается, но медленно, трудно. Может, тебе и правда немного отдохнуть, а? Сменить обстановку, уехать куда-нибудь в глушь, подальше от цивилизации… Это же в любом случае полезней, чем сидеть здесь, в крошечной квартире в центре Москвы, и от злости яростно материться и посуду бить?

– Ты обалдел, что ли? – Павел изумленно уставился на него.

 – И куда? Куда я поеду?

Но долго думать им не пришлось. Жена профессора, заехавшая за ним после работы, легко разрешила эту задачу.

– Мой прадед еще до войны построил дом на заимке в глухом лесу в Черноземье. Знаешь, что такое заимка? Это расчищенный под пашню участок земли, расположенный вдали, отдельно от других земель деревни. Прадед служил лесником, жил всю жизнь в лесу, почти ни с кем не общался.

Характер прадеда, крутой и вредный, не давал ему покоя, не мог мужик среди односельчан жить. Все ему мешало. То девки с парнями слишком громко хохочут у околицы, то коровы совсем луг затоптали, то бабы белье плохо полощут на реке. Вот ведь какой противный мужик был, никому покоя не давал! Поэтому работа стала и его спасением: в лесу ведь можно сколько угодно ругаться, все равно никто не услышит.