Одинаковые

– Ой, ты меня задавишь! Я не только еще дома, я сегодня целый день дома… – она увидела вошедшую вслед за дочерью няню, с ужасом глядящую на эту сцену, и тут же поспешила исправиться: – Симуля, отойди, зайка, от меня!

– Почему? – дочь покраснела от обиды.

– Я болею. Горло болит, нос не дышит, видишь, даже на работу не пошла. Отойди чуть подальше. Вдруг заразишься.

– Вот-вот, – Лидия свела брови к переносице. – Вы могли бы, Анна, хоть маску надеть! Сима еще ребенок, иммунитет слабый, а вы ее в объятиях тискаете.

– А я хочу маму обнимать, – Сима недовольно топнула ногой.

Из кухни вышла Валентина. Чувствуя, что назревает скандал, торопливо вступила в разговор.

– Симочка, не обижайся! Пойдем лучше я тебе чайку налью. Твой завтрак готов. Кашка воздушная с ягодами… – она обернулась к взрослым. – Идите, пожалуйста, завтракать. Все остывает.

Анна, чтобы не нервировать строгую Лидию, села за дальний конец стола, но ела мало, больше молчала и слушала щебетание дочери.

– Спасибо, Валя. Пойду я прилягу, слабость какая-то…

– Я к тебе, мамочка, еще приду, – озорно подмигнула ей Сима. – Близко подходить не буду. Просто постою возле двери, ладно?

Все засмеялись этой простодушной хитрости маленькой девочки.

– Это правильно, полежите, – кивнула няня. – У нас сейчас музыка, потом учитель по английскому приедет, будем вчерашний негатив убирать, и после прогулки к вам наведаемся.

Анна, поднявшись к себе в комнату, посмотрела в окно, полюбовалась своим отражением в большом зеркале, открыла шкаф, постояла в раздумье, потом закрыла его. Легла на кровать, прикрыла глаза, через минуту открыла их и, недовольно нахмурившись, села, привалившись спиной к высокой подушке. Она просто маялась от безделья.

Радость, возникшая утром, быстренько погасла, оставив привкус раздражения и недовольства собой.

Анна не умела бездельничать. Леность казалась ей самым страшным грехом из всех возможных. Она и представить не могла, как можно вот так проваляться в кровати день, два, неделю… Даже сегодня, когда ей нездоровилось, Анна чувствовала себя не в своей тарелке – столько дел пришлось отложить, переговоры перенести.

Не в силах справиться со своей неуемной энергией, она взяла телефон, набрала номер секретарши.