Сокровище, которое дремлет в тебе

Как бы он хотел пробудить все эти души, лишь бы они пришли к нему! Но тут нужно озарение, догадка о том, что, кроме денег, видеоигр, шопинга, секса и телика, в мире существует что-то иное… Неужели это еще возможно? Ему казалось, будто он один из последних верующих в мире, где религия вот-вот исчезнет. Мотивация угасла, его подавляло ощущение собственной никчемности.

Иногда Жереми вспоминал о поездке на угольную шахту. В то время он еще учился в магистратуре, изучая проблемы устойчивого развития производства. Директор шахты не понимал, что защищает энергетику прошлого.

Он вел себя так, словно в мире ничего не происходит, говорил о работе, будто не знал, что и клиентов, и рабочих у него становится все меньше и меньше, что шахту скоро уничтожат. Жереми тогда стало его жалко. А теперь он спрашивал себя, не оказался ли сам в сходном положении? Ну, разве что уголь вреден для людей, и когда шахтеры, проведя весь день под землей, поднимаются наверх, они черны с головы до ног. Так что закрытие шахты можно считать прогрессивным явлением. Но ведь духовность пробуждает людей, устремляет их вверх. Если и она пропадет, что же останется?

Жереми тяжело вздохнул, чувствуя, что силы его на исходе. Он окончательно пал духом и даже был готов с этим смириться. Но в глубине души появилось предчувствие: именно из такой тьмы рождается свет.

3

Дверцы шумно захлопнулись за соседкой снизу, и лифт стал спускаться дальше. Ослепительная блондинка выглядела чересчур ухоженной. Алиса в ярости провожала глазами светящиеся номера этажей, стиснув маленькую ручку сына.

Вот почему Поль так улыбнулся этой бабенке? Легко быть красивой, когда не надо возиться с ребенком, зато можно ползарплаты тратить на шмотки и каждое утро полтора часа накладывать макияж. А муж в эту западню и попался. Невыносимо…

На первом этаже дверцы раскрылись. Красотка закинула на плечо сумочку «Гуччи», ее высокие каблучки зацокали к выходу. Алиса потащила к стоянке такси дорожную сумку «Delsey» и сына. Поль шел следом с чемоданом в одной руке и мобильным телефоном в другой, на ходу просматривая новости и письма.

Спустя два часа они приехали к отцу Алисы в Клюни и оставили у него машину, взятую напрокат на вокзале скоростных поездов в Маконе. Отец жил в доме, построенном в восемнадцатом веке, с высокими окнами с белым переплетом, разделенным на квадратики, и зелеными ставнями в стиле прованс. Красивый бледно-розовый фасад утопал в глициниях. Тео подбежал к двери и принялся увлеченно звонить.