Вспомнить будущее

Алексей Данилов

Наше телевидение наконец-то научилось грамотно извещать о новостях (впрочем, не обо всех и не всегда). Однако смерть бизнесмена – не митинг оппозиции, угрозу существующему строю сообщение не несет, поэтому в ближайшие пять минут я получил об обстоятельствах убийства Нетребина исчерпывающую информацию.

Корреспонденты довольно подробно ответили на самые главные касающиеся смерти вопросы:

Когда?

– Михаил Нетребин был убит вчера, предположительно около полуночи.

Где?

– Посреди ***ского бульвара, когда он возвращался пешком с работы – дом его находился в трех минутах ходьбы от места гибели.

Как?

– Его убили несколькими ударами ножа – криминалисты насчитали четыре в спину и два в грудь. Орудие преступления пока не нашли.

Что было дальше?

– Тело обнаружила вскоре его жена, Алина Григорьевна Нетребина, которая ждала мужа у себя в квартире, находящейся в доме на бульваре. Она заметила что-то или кого-то лежащего на земле и выскочила из подъезда. Вдова же вызвали медиков и полицию.

Врачи констатировали смерть. Поиск по горячим следам результата не дал. Полицейская собака взяла было след, но вскоре потеряла его. Вероятно, преступник уселся в поджидавшую на бульваре машину. Возбуждено уголовное дело по статье сто пять – убийство.

Кроме того, особо интересующиеся могли почерпнуть из сюжета, что Михаил Нетребин являлся руководителем одной из самых крупных в столице ювелирных компаний, ей принадлежали пять магазинов в Москве и двенадцать – в других городах России.

Известили короткой строкой также о том, что я и без того уже знал от Алины Григорьевны: что убитому тридцать четыре года, он женат, но бездетен.

Я воспринял смерть бизнесмена если не как личную утрату, то как гибель человека, хорошо знакомого.

Помнится, говаривал мне отец-покойник: «Не будь ты, Алеша, таким впечатлительным!» – но с натурой не поспоришь, ее не переделаешь.

Однако больше в новостях ничего о Нетребине не сообщалось, и постепенно заноза от утраты рассосалась бы – но на пятый день после убийства мне позвонила вдова, Алина Григорьевна.

Первым впечатлением было, что она на грани истерики. Нет, она была уже ЗА этой гранью.

– Алексей Сергеич, помилуйте, я не знаю, почему звоню вам – но это ужасно! Мишу убили, но они… Они намекают, – да даже не намекают, в открытую говорят – что это я. Я не знаю, чем вы сможете помочь, но вы хоть производите впечатление порядочного человека. Поймите, мне некуда обратиться.