Доказательство человека. Роман в новеллах

Замолчавший было Борисоглебский вдруг встрепенулся и закивал на военную технику:

– А иначе что? Что иначе? Хорошо, что все это… что все это – мы! – он странно захихикал, и что именно хотел сказать, Дима не понял.

Зато Гриша на заднем сиденье, прилипший щекой к стеклу, пробормотал:

– А не они…

Спустя полчаса они припарковались, Борисоглебский вышел, поймал за руку Гришу и уже было двинулся по широкой, перекрытой для гуляний горожан улице, как его окликнул вылезший из машины Дима.

– Нет, нет, не жди нас… Дим, ты езжай, мы погуляем, может, в кино пойдем, если что, я наберу…

Дима открыл дверь автомобиля, чтобы сесть, но генерал не закончил.

– Ведь дело в другом, Дим, – сказал Борисоглебский, всматриваясь в даль улицы, украшенной разноцветными шарами, гирляндами, светящимися надписями. – Ведь никто никого не уничтожал… Понимаешь? Заблокировали, изолировали, но никто не стирал нейросеть, которая «вдруг проснулась».

А значит… – он глянул на Диму так, что тот поежился. – А значит, она где-то есть, она сохранна, жива… И вполне возможно, эксперименты сто с лишним лет продолжаются…

Дима вышел из оцепенения, когда генерал с сыном были уже далеко. Он посмотрел им вслед и невольно удивился, насколько велика фигура генерала – и насколько прямая вытянутая фигурка Гришки, его тонкие, но уже длинные ножки напоминают о том, чей он сын, ненавязчиво давая понять, что он вырастет в крупного и неординарно сильного мужчину.

До вечера свободен. Приоткрыл дверь машины, задержал взгляд на небе над праздничной улицей, покачал головой, улыбнулся. Там висела 3D-голограмма нового логотипа, который решили сделать к юбилею, – изящные вензеля в классическом стиле, длинные завитые хвосты, идущие от гигантских букв, пронизывали небо и плавно исчезали в воздухе…

* * *

От служебного входа башни Дома Советов логотип было видно еще лучше.

Кирилл Леонидович, спускавшийся вниз единственный раз за весь день – выкурить после обеда сигарету, задрал голову и открыл рот… Как вдруг его толкнули, и он взвизгнул:

– Аккуратнее! Что вы делаете!

– Ой, простите! Нечаянно… – И коротко стриженный парень в черной форменной куртке понесся дальше к служебному входу.

Старик смотрел ему вслед, качая головой.