Юность подарит первые шрамы

– …Элеттра, у тебя неприятности в школе? – осторожно поинтересовалась Аделайн.

Эл отрицательно покачала головой.

– Я вижу, что с тобой что-то не так. Расскажи мне, что случилось.

Элеттру тут же пронзили воспоминания о том страшном вечере… Толчки, что усиливались с каждой секундой, ее крик до хрипоты. Боль до сих пор пульсировала между ног.

– …Папа, – тихо сказала Элеттра.

– Что он сделал? – насторожилась Аделайн.

– Он меня поцеловал и…

Элеттру сковывал стыд. И стыд этот стал дополнительным катализатором ее тяжелого состояния.

Теперь дрожали не только руки, но и все тело.

– Элеттра, я ничего не понимаю.

Эл проглотила огромный ком, вздохнула и сказала:

– Он меня поцеловал и не смог остановиться.

– …Ты хочешь сказать, что Бронсон приставал к тебе?!

Элеттра быстро кивнула.

– Вы поссорились? – равнодушно спросила Аделайн.

– Что?..

– Вы поссорились, и ты решила выдумать эту мерзкую, грязную историю, чтобы оклеветать его?

Внутри Элеттры все оборвалось, стоило ей услышать эти слова.

– Аделайн, я говорю правду!

– Господи… – Тетя схватилась за голову. – Случилось то, чего я так боялась. У тебя такие же проблемы с головой, как и у твоей матери. Авроре тоже постоянно что-то мерещилось.

– Мне это не померещилось! Я пойду в полицию! Я боюсь оставаться с этим человеком!

Аделайн замахнулась и яростно ударила девушку по щеке. Ей хотелось верить, что таким образом она заставит ее прийти в себя. Ах, подростки! Коварные и очень жестокие существа!

– Я не знаю, что произошло между тобой и Бронсоном, но я не позволю тебе сломать ему жизнь! За что ты так с ним?! Твой отец все для тебя делает, заботится, как может.

Если он вдруг вспылил, запретил тебе что-то делать, это не значит, что ты теперь можешь мстить ему таким образом! Это же… Господи, это же подумать только! Обвинить своего отца в изнасиловании! Безумие!

– Почему ты мне не веришь?! – рыдая, спросила Элеттра.

– Потому что то, что ты говоришь, не может быть правдой! Тебе никто не поверит! Если не остановишься, Элеттра, кончишь плохо, как твоя мать.

Элеттра сжалась в клубок. Она не понимала, как достучаться до единственного человека, который мог ей помочь. Аделайн все-таки поговорила с братом, пересказала ему те страшные слова, что вырвались из уст племянницы. Бронсон все отрицал и даже расплакался от обиды.

Существование с Бронсоном под одной крышей стало сущим наказанием с тех пор.