Дороги, ведущие в Эдем. Полное собрание рассказов

– На улице снег валит, – укоризненно заметила Мириам. – Холодно, темно.

– Вот и нечего было сюда приходить, – едва сдерживаясь, выговорила миссис Миллер. – Никто не виноват, что сегодня такая погода. Если хочешь, чтобы я тебя накормила, пообещай, что уйдешь.

Мириам провела косичкой по щеке. Глаза смотрели задумчиво, будто такое предложение нужно было взвесить. Она повернулась к птичьей клетке и сказала:

– Хорошо. Обещаю.

Какого же она возраста? Лет десяти? Одиннадцати? На кухне миссис Миллер откупорила банку земляничного варенья и отрезала четыре ломтика булки.

Потом налила стакан молока и помедлила, зажигая сигарету. И зачем ее сюда принесло? Рука, державшая спичку, дрожала, и миссис Миллер, задумавшись, обожгла пальцы. Канарейка запела, причем так, как пела только по утрам и больше никогда.

– Мириам! – выкрикнула миссис Миллер. – Мириам, кому сказано: оставь канарейку в покое!

Ответа не последовало. Миссис Миллер окликнула девочку еще раз, но услышала только птичье пение. Сделав затяжку, она поняла, что зажгла сигарету не с того конца и… нет, в самом деле, так нельзя.

В гостиной она поставила поднос с едой на журнальный столик. Ночное покрывало – она первым делом проверила – оказалось не сдвинуто. И тем не менее канарейка распевала. Миссис Миллер сделалось не по себе. В комнате никого не было. Она бросилась через арочный проем в спальню, на пороге у нее перехватило дыхание.

– Что ты себе позволяешь? – возмутилась она.

Мириам подняла голову, в глазах у нее промелькнуло нечто новое.

Она стояла у секретера, перед выдвинутым ящичком с драгоценностями. С минуту девочка изучала миссис Миллер, стараясь поймать ее взгляд, а потом улыбнулась.

– Тут нет ничего стоящего, – объявила она. – Но вот это мне приглянулось. – У нее на ладони лежала брошь-камея. – Очаровательная безделушка.

– А ну-ка… лучше будет, если ты вернешь ее на место, – проговорила миссис Миллер, внезапно ощутив какую-то незащищенность.

Она прислонилась к дверному косяку; голова сделалась невыносимо тяжелой; от этой тяжести замедлилось сердцебиение.

Свет замигал, словно из-за неисправной проводки.

– Прошу тебя, девочка… это подарок моего мужа…

– Красивая вещица, я такую хочу, – сказала Мириам. – Отдайте ее мне.

Стоя в дверях и пытаясь придумать какую-нибудь отговорку, чтобы спасти брошь, миссис Миллер осознала, что защиты ждать неоткуда; она была одинока, хотя это обстоятельство давно не приходило ей на ум. Сейчас оно ошеломило ее своей весомостью.