Дороги, ведущие в Эдем. Полное собрание рассказов

А еще есть загородный дом – вот он большущий!

Как-то не так это прозвучало. Слишком хвастливо. Она отвернулась поставить бутылку рома на место и, взглянув в зеркало, заметила, что он пристально смотрит на нее – или видит ее насквозь?

– Сколько вам лет? – спросил моряк.

Она на минуту задумалась – действительно задумалась. Она так часто врала про свой возраст, что иногда забывала, сколько же ей на самом деле. Но какая разница, узнает он ее настоящий возраст или нет? И она ответила:

– Шестнадцать.

– И вас никто еще ни разу не целовал?

Она рассмеялась – но ее рассмешил не его банальный вопрос, а собственный ответ:

– Хочешь сказать, не насиловал?

Она глядела ему прямо в глаза: сначала он стушевался, потом развеселился, а затем подумал кое о чем другом.

– О боже! Ну не смотри ты на меня так! Я вовсе не дрянная девчонка.

Тут он покраснел, а она, пригнувшись, вылезла из-под барной стойки и взяла его за руку:

– Пошли! Покажу квартиру.

Она повела моряка по длинным коридорам, мимо зеркал, и стала показывать комнаты одну за другой.

– А это моя комната, – объявила она, придерживая для него дверь. – Не обращай внимания на беспорядок, я не виновата, тут многие девчонки похозяйничали.

Но предупреждение казалось излишним: в комнате царил идеальный порядок. Кровать, столы и лампы были белые, а стены и ковер – холодного темно-зеленого цвета.

– Ну что скажешь, Джейк… подходит мне?

– Я раньше ничего подобного не видел. Моя сестра ни за что не поверит, если я ей расскажу… А вот стены мне ваши не нравятся, простите уж, что говорю… какие-то зеленые… такие холодные…

Она озадаченно посмотрела на него, потом протянула руку и дотронулась до стены над туалетным столиком:

– Ты прав. Насчет стен. Они холодные.

Она подняла на него взгляд: на мгновение ее лицо исказилось – и он не понял, то ли она сейчас расплачется, то ли рассмеется.

– Ну, я не то хотел сказать. Черт, я и сам не знаю, что хотел сказать!

– Правда? Или мы просто изъясняемся эвфемизмами?

Он явно ее не понял, поэтому она присела на краешек белой кровати.

– Вот, сядь сюда и покури. А где твой стакан?

Он сел рядом.

– Я его оставил на барной стойке. Здесь у вас тихо – не то что в большой комнате, там такой гвалт стоит…

– Ты давно на флоте?

– Восемь месяцев.