Корона Суперзвезда

Лет двадцать назад моя первая жена пыталась сделать то же самое, и уже тогда мне было абсолютно безразлично, какой там «интересный мужчина обеспеченный и деловой» пытался на дорогом джипе её увезти. Ей, двадцатилетней дурочке, тогда было простительно. Но с возрастом она поумнела и сейчас ни таких, ни каких-либо других глупостей не говорит и не делает.

Да уж, свезло так свезло, нынешней моей избраннице не суждено уж поумнеть. Ибо сказано: если в сорок лет ума нет – то и не будет.

Я как бы нехотя процедил:

– Чтож ты не продолжила знакомство с «интересным мужчиной, обеспеченным и деловым»? Ты же любишь цеплять в этом городе всякую дебилятину, тащить домой для замужества и создания семьи!

Яна одарила меня ненавидящим взглядом, заревела и с воем побежала вперёд.

Ирина, в тот момент что-то говорившая Диме, не расслышала мои слова, и переспросила:

– Что ты сказал?

– Когда моешь уши компотом, не забывай выковыривать оттуда косточки, – отчеканил я в ответ.

Она побежала за дочерью, мы с Димой неспешно продолжали идти вдоль моря.

Так мы прошли мимо истошно рыдающей Яны и успокаивающей её Ирины, пройдя немного дальше, повернули к морю и пошли к воде. Мы достаточно долго бродили вдоль береговой линии, пока Ирина с дочерью не подошли к нам. Препоручив Диму Яне, Ирина набросилась на меня:

– Как ты смел!? Она не любит, чтобы при ней плохо отзывались о её родном отце! Она моим родителям не позволяет плохо говорить…

И прочая, и прочая… среди которого было такое заявление: «Последний раз езжу на отдых с кем-то, буду теперь ездить одна!!!»

– Ага, я тоже! – обрадованно ответил я.

Мы продолжили прогулку обмениваясь дежурными фразами, «пойдём направо», «зайдём в магазин за едой», и так далее.

Вечером, нам кое-как удалось помириться, но Ирина, опять же, осталась спать с детьми под предлогом «успокаивать расстроившуюся дочь».

* * *

Вечером следующего дня, 5-го января, мы сели на поезд, а днём 6-го прибыли домой.

Глава XXXII: половой инстинкт, жара, КОВИД, будни такие страстные

Суточное дежурство 10 июня 2020 года в ковидарии началось, как обычно, – кофе с бутербродами, болтовня с коллегами, уединение с Лолой.

Помимо интимного общения у нас имело место общение словесное. В нём Лола отказывалась от любых намёков на смысл, и, хватая меня за руку, прыгала вместе со мной на территорию чистого нонсенса и радостной пошлятины. Даже когда я не понимал логики наговариваемых ею текстов, её энергетика оставалась неотразимой.