Здесь вам не Сакраменто

В один из перерывов, столкнувшись с Галей, начальник полка подготовки космонавтов и бывший любовник Провотворов едва ей кивнул.

Запомнилось, как искренне радовался за молодых Никита Сергеевич – пожалуй, сильнее, чем они сами, как провозглашал за них косноязычные тосты. И ещё остался в памяти оттенок досады, который, тщательно скрываемый, вдруг на один крошечный момент промелькнул на лице Брежнева – при взгляде на Хрущёва, распоряжавшегося тут, на свадьбе (как и в стране), всем и вся. Проявилось это неудовольствие на физиономии Леонида Ильича буквально на одну сотую долю секунды и исчезло, как не бывало, снова сменилось маской радушного, угодливого и всем довольного рубахи-парня.

Запомнилось Гале также, как Константин Петрович Феофанов, непосредственный начальник мужа, стал произносить выстраданный, выверенный тост (явно обращённый лично к Хрущёву) – о том, что нет достаточного финансирования советской «лунной программы» и поэтому мы можем уступить Луну американцам. (Впоследствии Владик расскажет ей, что тост возымеет действие и финансирование вскоре откроют.

) И ещё запомнилось, с каким горделивым и презрительным видом Феофанов удивился, повстречав на торжестве Владика: «Как?! И ты здесь?» А потом перевёл взгляд на Галю: «Ах, ну да, ты ведь приглашён в качестве супруга».

Наконец из особняка приёмов убыли Хрущёв и другие члены правительства – говорили, что Никита Сергеевич и Микоян проживают здесь рядом, буквально через забор. Но сейчас, в выходной, они все, кажется, умотали на свои дачи.

После того как члены президиума ЦК и другие государевы люди отчалили, гулянка пошла веселее.

А вскоре космонавты – летавшие и нелетавшие – во главе с изрядно нагрузившимся женихом и чопорной невестой отправились догуливать на Чкаловскую, в Звёздный городок (тогда ещё так не называвшийся). Владик и Галя не поехали – впрочем, их особо и не звали.

Владик

Он дневал и ночевал на работе, перелопатил груду материалов и соображения свои по поводу того, как кооперироваться с «американами», подал в срок.

Написал короткую, но ёмкую записку. Попросился на приём к Королёву, долго ждал своей очереди и наконец только часов в десять вечера был принят.

Главный конструктор в этот раз выглядел усталым и измочаленным. Молвил: «Докладывай», – и полуприкрыл глаза. Иноземцев стал рассказывать: ракеты, которая способна донести до Луны полезную нагрузку, у нас в СССР пока нет, и сроки её создания сдвигаются вправо, то есть задерживаются.