Зима тревоги нашей

Хватит сопли жевать! Ты обязан постараться хотя бы ради «Красавицы Адэйр»! К черту финансовую компанию и ежемесячные взносы!

Итан осторожно загнал кончиком метлы упорно не желающий подчиняться кусок целлофана в канаву и мягко напомнил:

– Сэр, «Красавица Адэйр» сгорела до самой ватерлинии.

– Знаю, что сгорела, но разве нас это остановило? Вовсе нет.

– Судно было застраховано.

– Разумеется!

– А я не был. Спас только дом, остальное потерял.

– Забудь! Хватит предаваться размышлениям о прошлом. Наберись мужества и дерзости! Я не зря завел речь о том, что ты должен вложить в дело деньги Мэри.

Итан, я ведь пытаюсь тебе помочь!

– Спасибо, сэр.

– От этого фартука мы тебя избавим. Хотя бы ради памяти шкипера Хоули. Он бы глазам своим не поверил!

– Это уж точно.

– Так держать, Итан! От фартука мы тебя избавим.

– Если бы не Мэри и дети…

– Забудь о них, ради их же блага! В Нью-Бэйтауне назревает кое-что интересное, и ты можешь присоединиться к процессу.

– Спасибо, сэр.

– Сперва мне нужно все обдумать.

– Мистер Морфи говорит, что останется работать, когда вы закроетесь в полдень. Я обещал сделать ему пару сэндвичей. Хотите, и вам принесу?

– Нет, не стоит. Я оставляю Джои за старшего. Парень он толковый. Мне нужно выяснить про кое-какую недвижимость. Наведаюсь в канцелярию округа. С двенадцати до трех там открыто только для своих. Вероятно, смогу и для тебя что-нибудь разузнать. Скоро поговорим. До встречи!

Мистер Бейкер широко шагнул, чтобы не наступить на трещину в асфальте, пересек проулок и вошел в Первый национальный с главного входа.

Итан улыбнулся ему вслед.

Вскоре подметать он закончил, потому что идущие на работу люди хлынули рекой. Он вынес на улицу стойки со свежими фруктами и разместил возле входа. Убедившись, что поблизости никого нет, он вынул три поставленных друг на друга банки собачьего корма и извлек маленький невзрачный мешочек с наличными, вернул консервы на место, разблокировал кассовый аппарат, разложил двадцатки, десятки, пятерки и однодолларовые банкноты в соответствующие отделения, прижав их специальными крепежами.

В передней части выдвижного ящика он рассортировал монетки в пятьдесят, двадцать пять, десять, пять и один цент, затем захлопнул кассу. Покупателей было немного, в основном маленькие девочки с всклокоченными со сна волосами, которых родители послали кого за хлебом, кого за молоком, кого за кофе.

Пришла Марджи Янг-Хант в обтягивающем бюст свитерке цвета лосося.