Хлеб по водам

Она окончила школу несколько лет назад и всегда говорила, что будет писательницей, – похвасталась Джудит. – Я прочитала. Чертовски сексуальная история. Пришлось даже спрятать журнал от матери, когда она приехала меня навестить.

– Завтра будет лучше, чем вчера, – сказал Стрэнд, допил кофе и поднялся.

– Не слишком полагайтесь на это, – заметила Джудит и тоже встала.

Дома никого не было, и Стрэнд, воспользовавшись отсутствием Лесли, решил немного вздремнуть. Он чувствовал себя совершенно вымотанным, и перспектива прилечь и поспать хотя бы часок казалась заманчивой.

Проснулся он с ощущением, что дома кто-то есть. Нет, то не могла быть Лесли – жена непременно заглянула бы в спальню. Он расправил покрывало на постели, надел туфли и вышел в прихожую. Услышал, что на кухне гремят посудой, и пошел посмотреть. За столом сидела Кэролайн, пила молоко и ела торт. Из-под свитера торчал воротничок белой спортивной блузки, и он понял, что она вернулась с тенниса.

– Привет, пап! – сказала она. – Присоединишься ко мне?

Стрэнд взглянул на часы.

– Нет. Пожалуй, дождусь обеда.

– А я не могу дождаться. Просто подыхаю с голоду. – Она откусила огромный кусок торта. Сверху он был облит глазурью, и девочка облизала кончики пальцев. – Вкуснятина…

Он сел напротив и с улыбкой смотрел на дочь. Ему доставляло удовольствие смотреть, с каким аппетитом она ест.

– Не понимаю, зачем людям кокаин, – с набитым ртом пробормотала Кэролайн, – когда каждый день можно есть шоколадные торты… Да, кстати, сегодня снова встретила нашего друга.

– Какого еще друга?

– Мистера Хейзена. Приходил на корты. Выглядит просто кошмарно! Похож на треснувшую дыню. Эта лыжная шапочка – ее, должно быть, связал какой-нибудь ослепший норвежский тролль!

– Будь снисходительнее, Кэролайн. Прошу тебя.

– Вообще-то он нормальный мужик. Нет, серьезно. Сказал, что пришел проводить меня до дома.

Что не хочет, чтоб я снова попала в какую-нибудь историю. Да уж, это была история!.. Мамочки! И знаешь, я все играла и играла, а он все стоял, дергался и посматривал на часы. Зато потом, по дороге домой, мы очень мило поболтали.

– Вот как? – заметил Стрэнд. Мысль о том, что такой занятой человек, как Хейзен, потратил столько времени на то, чтобы проводить семнадцатилетнюю девчонку через парк, встревожила его.