Сажайте, и вырастет

 – Хрен с вами, джентльмены! Вот вам еще один рассказик.

Матрас и умывальник беззвучно обрадовались.

– Только, чур, не перебивать!

Глава 10

Последний раз я общался с существом другого пола за пять часов до ареста.

Расставшись с дорожным инспектором, чей карман отяготило уплаченное мною по таксе, я прикурил новую сигарету, вновь поднялся по Тверской, напротив памятника Маяковскому лихо развернулся – грубо нарушив при этом ПДД и не обращая внимания на ГИБДД – и снова подкатил к тротуару, населенному полуголыми женщинами.

– Вам девушку, да?

– Да, – развязно ответил я. – Девушку.

– Какую желаете?

Я выбросил окурок в окно.

– В смысле?

Бандерша устало поморщилась.

– Худенькую? Полненькую? Блондинку? Брюнетку? Постарше? Помоложе?

Я позорно промедлил, не ожидая столь высокого уровня и объема разнообразных предложений от нового для себя рынка нелегальных интимных услуг.

– Нормальную, – наконец сформулировал я и опять закурил.

– Два часа – сто пятьдесят долларов! На всю ночь – триста! Без…

Я небрежно прервал:

– Знаю, без анального секса и садомазо.

– Деньги вперед.

– Как скажешь.

Я вложил в руку «мамки» наличные, мгновенно изученные и прощупанные проворными пальцами. Они канули в полумрак. От большой группы держащихся вместе девочек, после небольшого консилиума, в мою сторону решительной, почти нахальной походкой направилось юное существо в забавных шортиках, туго обтягивающих скудную попку. Шея, впрочем, была хороша, а улыбка обаятельна.

Преодолевая неловкость, я толкнул изнутри дверь.

– Добрый вечер, – культурно сказала девушка, мгновенно заполнив салон машины сильным запахом приторных духов. – Я Нина.

– Привет, – сказал я. – А ты неправильно садишься в автомобиль.

– А как правильно? – спросила временная подруга.

Вряд ли ей было больше двадцати. Разглядев девчонку внимательнее, я тут же решил, что ни о каком платном совокуплении не может быть и речи. На левом, ближнем ко мне, худеньком бедре жрицы любви хорошо различался обширный синяк, а на шее отчетливо пламенела свежая яркая царапина.

Происхождение этих царапин и других следов насилия всем известно. Так сутенеры, при помощи кулака и ножа, держат в подчинении свой трудовой коллектив.

– Надо сначала опустить на сиденье попу, – я скабрезно ухмыльнулся, – а потом повернуться на ней влево, одновременно занося в проем двери голову и согнутые ноги.

– Жуть! А я как сделала?

– А ты полезла в машину, как в берлогу.