Большое собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Меня он принял

в теплые объятия —

прожаренный безоблачными полднями,

тысячеглазой публикой наполненный,

наполненный волненьями и страхами…

От всех болезней

он находит снадобья, —

он поглощает

реки лимонадные,

похрустывая

свежими баранками…

…А как преображается движение,

когда кипит

спортивное сражение!

Когда он —

озорной,

помолодевший —

вздыхает

то с упреком,

то – с надеждой.

Как он вникает в каждую подробность!

И видит все.

И ненавидит робость!

Стремительность и слаженность приветствуя,

он сердцем отмечает

каждый промах.

Когда ж он произносит

слово веское,

то это пострашней,

чем грохот грома!

Действительно, ничем неудержимо…

Как он тогда клокочет и дымится,

похожий на взрывчатку,

на пружину,

готовую в секунду распрямиться!

До самого конца не затихает…

…А вы видали,

как он отдыхает?

Вы пробовали

на него взглянуть,

когда полночный город

успокоится?..

Спит стадион,

в тугой клубок свернув

трибунные

натруженные кольца.

Под водой

С головою накрыла,

понесла,

закружила волна…

И меня обступила,

обняла тишина,

тишина…

Запотевшая маска.

Прохладная

синяя жуть…

Обитателем

Марса

себе самому я кажусь.

Можно быть невесомым,

можно птичий полет повторить.

Можно тихо и сонно

в бездонном пространстве

парить.

Можно весело ринуться

в темноватую,

длинную глубь

и руками зарыться

в сплетенье невиданных клумб…

Здесь колышутся водоросли

медленно,

не торопясь…

Можно

в заросли пестрые,

как в свежее сено,

упасть!

Здесь ни всплеска,

ни всхлипа, —

тишина

говорить не велит…

Онемевшая рыба

губами слегка шевелит.

Камни в рыжих накрапах, —

лоснящиеся бока.

Царство

медленных крабов,

неслышное царство песка.

Одиноко и тускло

мелькнула кефаль в стороне.

Виснет льдышка медузы,

покорная тишине.

Тишина

нарастает.

Тишина за спиною встает.

Мне здесь грохота

не хватает!

Мне ветра

недостает!

Рыбаки

С. Красаускасу

Что вы ловите,

рыбаки?

Что ловите?..

Как всегда,

неприступны и застенчивы, —

над гудящей рекой

вы расставили локти,

будто не удочки у вас в руках,

а уздечки.

Будто это не река,

а конь взнузданный,

будто слышится вам

топот копыт частый,

будто в жизни вам

только это и нужно, —

вечно мчаться

за своим рыбацким счастьем.