Большое собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

И потом

с нелегким холодом в боку —

через десять тысяч

дорог —

на локтях,

изодранных в кровь,

я сюда

себя

приволоку!..

Будет смерть за мною тихо ковылять.

Будет шамкать:

«Обмануть норовишь?!»

Будет, охая, она повторять:

«Не надейся…

Меня

не удивишь…»

Но тогда я ей скажу:

«Сама смотри!»

И на Ниду,

как сегодня,

как всегда,

хлынут

бешеные краски зари!

Станет синею-пресиней

вода.

Дюны вздрогнут,

круто выгнув хребты,

будто львицы,

готовые к прыжку.

И на каждую из них с высоты

упадет

по голубому цветку.

Пробежит по дюнам ветер,

и они

замурлычут,

перейдя на басы.

А потом уснут,

в закат уронив

желтоватые

мокрые носы.

Задевая за тонкие лучи,

будут птицы над дюнами звенеть…

И тогда —

хотите верьте или нет —

закричу не я,

а смерть закричит!

Мелко-мелко задрожит коса в руке.

Смерть усядется,

суставами скрипя.

И заплачет…

Ей,

старухе,

карге,

жизнь понравится

больше

себя!

Так и надо

Не поможет здесь

ни песня и ни ласка.

В доме все воспринимают без обид:

лишь тогда,

когда качается коляска,

мальчик спит…

Слышно:

за стеной соседи кашляют.

Слышно:

ветер

снег сдувает с крыш.

Я не знаю,

что врачи на это скажут,

но, по-моему, отлично,

что малыш,

только именем одним еще отмеченный,

примеряющийся к жизни еле-еле,

ничего пока не видевший,

трехмесячный, —

и уже стоянки

не приемлет.

Так и надо —

он увидит страны разные!

Так и надо —

задохнется на бегу!..

Я с коляски тоже

начал странствия —

до сих пор остановиться

не могу.

«Я родился…»

Я родился —

нескладным и длинным —

в одну из влажных ночей.

Грибные июньские ливни

звенели,

как связки ключей.

Приоткрыли огромный мир они,

зайчиками прошлись по стене.

«Ребенок

удивительно смирный…» —

врач сказал обо мне.

…А соседка достала карты,

и они сообщили,

что

буду я не слишком богатым,

но очень спокойным зато.

Не пойду ни в какие бури,

неудачи

смогу обойти

и что дальних дорог

не будет

на моем пути.

Что судьбою,

мне богом данной

(на ладони вся жизнь моя!),

познакомлюсь

с бубновой дамой,

такой же смирной,

как я…

Было дождливо и рано.

Жить сто лет

кукушка звала.

Но глупые карты

врали!

А за ними соседка

врала!

Наврала она про дорогу.