Золотая дева

Села в кроватке, сонно прищурилась, потерла ладошкой глаза. «Совсем худенькая, беззащитная, – отметила Маша. – И пижамка самая обычная – у меня в детстве почти такая же была…»

И еще она почувствовала: воздух в комнате будто сразу наэлектризовался. Вот оно. Поле. Магнетизм… Похоже, не ошиблась она по поводу Лизы.

Долинина, хотя и окончила факультет дошкольного воспитания, с детьми общалась только в детском саду, когда практику проходили. Но интуиция подсказывала: сейчас мама малышку должна приласкать, прижать к себе… Однако Кривцова лишь сухо, деловито произнесла:

– Просыпайся, пожалуйста, быстрей.

И девочка сразу сникла. Спустила ножки с кровати, покорно произнесла:

– Я уже встаю, мама.

– Давай. Надевай тапки, халат, – продолжала командовать хозяйка. – И подходи познакомиться. Это Мария Николаевна, твоя новая няня.

– Что, опять?! – сморщилась малышка.

Скептически оглядела Долинину. И твердо произнесла:

– Она мне не нравится. Пусть уходит.

– Лиза! – голос хозяйки заледенел.

– Между прочим, папа сказал, – продолжала капризничать девочка, – что разрешит мне самой няню выбирать. И обещал на этот, как его… кастинг сводить. В агентство.

«И вовсе она не вредничает. Просто борется, как может, за мамино внимание, за ее любовь…» – пронеслось в голове у Маши.

Однако Кривцова презрительно бросила:

– Ну, папа твой много чего обещает. Только делать все равно приходится мне.

Она обратилась теперь уже к Марии:

– Три дня его просила каждый вечер: посмотри хотя бы анкеты! А он: да.

«Очень для меня кстати, что все Поздняковой доверили», – заметила про себя Маша.

И попробовала перехватить инициативу. Подошла к Лизиной кровати. Улыбнулась ей. Как можно мягче произнесла:

– Привет.

И попыталась настроиться на Лизину волну. Убедить девочку: она – ее друг.

Однако барская дочка лишь метнула на Марию неприязненный взгляд и буркнула:

– Отвали.

– Господи, Лиза, ты опять за свое?! – простонала Кривцова.

– Не надо за меня ничего решать, – упрямо произнесла малявка. – Папа сказал, что я сама себе няню выберу, – пусть так и будет.

Вид решительный, хмурый – только губы уже дрожат. Явно сейчас расплачется.

А еще, почувствовала Долинина, в комнате озоном запахло, как перед грозой.

Да. Необычный ребенок.

Маша небрежно произнесла:

– А папа тебя и не обманул.