Про папу

– А печеньку?

Из будки появляется мохнатая морда, с выражением лица Тома Круза в «Последнем самурае» – дай мне, не то я умру.

Отдал ей утреннее печенье. Хруп-хруп-хруп. Вздохнул: не сходил вчера в магазин, жрать дома нечего. Что требовать от собаки. Тут люди, и те лажают.

* * *

– Ты взрослый мужик, а ведешь себя как пятиклассник! Зачем ты купил столько сдобы?

– Папа, ну я хочу попробовать.

– Вот пока все не сожрешь, не встанешь из-за стола! Отправил его в магазин за хлебом – он принес пакет пирожных!

– Это не пирожные, эта булочка с чесноком, эта с яблоками…

– На фига! Мужику пятый десяток, набрал сладостей вместо еды!

– Тебе еды мало? Вон щи, вон мясо…

– Так на фига еще сдоба! Ты должен был принести только хлеба и молока! Все! Пойдешь в магазин, я тебе сам деньги буду выдавать.

– Знаешь что, я все помню – ты в моем возрасте с самолетиком купаться ходил…

И папа замолчал. Как хорошо иногда дать сдачи.

28 ноября 2016 г.

Любой тяжелый день можно исправить, если в магазине есть мороженое, а дома папа.

И мы сейчас будем смотреть тыкверовского «Парфюмера». Представляю уже, как папа офигеет от такого кино, и одно это наполняет меня радостью до краев. У нас есть чистый дом, во дворе лохматая собака, в доме кошка – славный охотник на мышей, в телевизоре «Парфюмер», а в руках – мороженое.

Я построил этот мир, посмотрел на дело рук своих и сказал, что это хорошо.

29 ноября 2016 г.

Пытаюсь исправить папе настроение ежедневным просмотром хорошего кино.

Папа сам в чем-то артист, в молодости играл в народном театре и имел успех. Наша рабоче-крестьянская мама смотрела на его роман с Мельпоменой сквозь пальцы, пока однажды не поймала его на репетиции сидящим на раскладушке в одних семейных трусах. Так творческой карьере папы был положен конец, и все его попытки заговорить о высоком искусстве обрывались напоминанием, как он у всего города на глазах в одном исподнем чуть не щегольнул.

«Парфюмер» Тыквера прошел на ура, я очень старался, стучал пальцами по столу, как по забытому пианино: «Смотри, папа, он составляет гамму из запахов, он хочет взять аккорд, одни и те же законы везде – в музыке, живописи, запахах!» Папа проникся и, вставая с дивана, сказал: «Вот это фильм!» И счастливый ушел спать.

Но вот германовский «Трудно быть богом» – один из самых любимых моих фильмов – у папы не пошел, невзирая даже на мои восторженные комментарии и дружбу с Георгием Пицхелаури, одним из актеров фильма.