Воскрешение

Иногда она откладывала книгу и?продолжала представлять себя там, среди происходящего; она была собой и?была другими, теми, о?которых она читала, и?это было одновременно. А?в?один из особенно длинных дней она уговорила Митю и?Полю и?других окрестных детей устроить свой театр, отгородив кусок сада простыней, повешенной на бельевой веревке. На этой импровизированной сцене они начали играть то, о?чем она читала, и?с?этого дня ей стало с?ними интересно. Это было как фоно, но без мучившей ее учительницы музыки, и?этим фоно были они все, а?музыкой – и?берег, и?море, и?барашки на воде, и?кипарисы, и?дальние скалистые горы, и?весь мир вокруг.

« 2 »

Несмотря на постоянное присутствие взрослых, большую часть времени они были предоставлены самим себе. Точнее, не совсем так. Уходить далеко в?одиночку Арине не разрешали, так что ее головокружительное и, как говорил дядя Женя, «запойное» чтение было обусловлено еще и?этим. А?вот вместе с?Митей и?Полей им разрешали ходить почти что куда угодно. Они бродили по извилистому черноморскому берегу и?по узким деревенским улицам, много купались и?даже залезали на скалистые, покрытые лесом горные склоны, иногда по узким тропам, а?иногда и?без них.

Как-то в?один из раннеавгустовских дней они устроились на берегу, на самом краю галечного пляжа. Это был один из тех дней, когда, как всегда неожиданно, приехал дедушка Илья и?попросил разрешения присоединиться к?ним на берегу. Он сел спиной к?дому, прислонившись к?валуну, а?они устроились вокруг него, расположившись неправильным полукругом. Несмотря на его жесткий характер, деда Илью Арина любила, но в?тот день ей хотелось вернуться к?книге, так что в?разговор она начала вслушиваться не сразу.

– А?почему все такое разное? – вдруг спросила она.

Дед удивленно на нее посмотрел. Митя и?Поля тоже, но и?чуть раздраженно; было похоже, что она прервала разговор, который их занимал.

– В?каком смысле разное?

– Когда я?смотрю на море, – сказала Арина. – Оно совсем не такое, как горы, или как наш дом, или дорожка с?кипарисами, а?когда я?смотрю на небо, оно совсем другое, и?еще не такое, как у?нас.

– Потому что вокруг все разное, – нетерпеливо объяснил ей Митя.

Она была умнее его, и?ее раздражало, когда он начинал говорить с?ней как с?ребенком.

А?вот дед неожиданно задумался; замолчал. Огляделся вокруг.

– Ты знаешь, – ответил он, – древние евреи думали, что мир обращается к?нам разными сторонами. И?что эти стороны с?нами как будто говорят. Евреи называли их сферами.