Воскрешение

– Мне тут сказали, – продолжил Митя, – что неформалы будут разбирать дом Пушкина на Мойке. Пойдешь?

– А?что с?ним? – спросила Катя.

– С?Пушкиным? Умер. Точнее, застрелили.

– Прекрати. С?домом.

– Гадючник. И?свалка. Бардак в?стране.

Катя задумалась.

– Ты знаешь, – сказала она, – я?с?неформалами не очень. Точнее, вообще никогда не общалась. Даже когда они сидят в?переходах, они такие чужие. Наверное, я?им не понравлюсь.

– Понравишься, – уверенно ответил Митя. – Я?вас познакомлю.

У?меня приятель туда идет.

– Но если я?буду там совсем чужой, ты не обидишься, если я?уйду?

– Нет, что ты. – Ему даже стало неловко за нее. – Хотя на самом деле ты не можешь не понравиться.

Сказал и?осекся; решил эту тему не развивать, а?потом и?вообще разговор свернул. Сам Митя неформалов знал плохо. Точнее, знал одного, который ему про планируемую расчистку дома на Мойке и?рассказал. Это был его сосед по двору, из соседней парадной. У?соседа было множество фенечек на обоих запястьях.

Два-три раза в?год Митя перекидывался с?ним несколькими фразами. Так что все это получилось довольно случайно.

Но, повесив телефонную трубку, Митя понял, что впервые Катя согласилась с?ним, именно с?ним, куда бы то ни было пойти. Конечно, он пригласил ее не в?театр, а?на расчистку территории от строительного мусора, но он был уверен, что пойти с?ним в?театр она бы и?не согласилась. Про ее жизнь Митя знал мало, говорить о?себе Катя не любила, но по крайней мере по поводу приглашений в?театр он был уверен, что такого рода приглашения она получает как минимум еженедельно, не говоря уж о?разговорах значительно менее завуалированного толка.

Так что больше всего Митя боялся, что при входе их встретит удивленный милиционер и?скажет им: «Да что вы, ребята, охренели, это же музей Пушкина» – и?будет прав.

Но, как ни странно, территорию дома на Мойке действительно расчищали и, как выяснилось, неформалы помогали в?этом уже не в?первый раз.

Почему это не было сделано организованно или в?рамках реставрации, так и?осталось для Мити загадкой, но наступали времена, когда счастливого и?необъяснимого становилось все больше. Всюду царил хаос, а?здание было захламлено безобразно. Неформалы таскали битый цемент, доски, остатки лесов, прошлогодние листья, пачки газет, даже ломаную мебель, судя по всему оставшуюся от расселенных квартир.