Любовник леди Чаттерли

Бабочки-однодневки его рассказы!»

Конни глядела на отца – дородного шотландского дворянина, обратившего всю жизнь себе на пользу, – и ее большие, еще по-детски изумленные голубые глаза затуманивались. «Внутри пусто!» Что он хотел сказать? Что значит «пусто»? Ведь критики расхваливают Клиффорда, он уже стал известным, книги его стали доходными… Так что же хотел сказать отец, назвав мужнины рассказы пустыми? Какой содержательности им не хватает?

Конни, как и все молодые, считала: все самое-самое происходит сию минуту.

А минуты, увы, быстротечны, и они подчас не являют непрерывную цепочку.

На второй год в Рагби, зимой, отец спросил у нее:

– Надеюсь, Конни, ты не поплывешь по течению и не останешься demi-vierge[1 - Полудевственница (фр.).].

– Demi-vierge? – нерешительно переспросила та. – А почему бы, собственно, и нет?

– Да ради Бога, если тебя такое положение устраивает, – спешно пошел на попятный отец.

А оставшись наедине с Клиффордом, сказал, по сути, то же самое:

– По-моему, Конни не очень-то подобает быть demivierge.

– То есть и не женщиной, и не девушкой? – уточнил Клиффорд, переведя с французского.

Он ненадолго задумался, густо покраснел – упрек задел за живое.

– И в каком же смысле ей это не на пользу? – сухо спросил он.

– Ну, она с лица и с тела спала, одни мослы торчат. Ее это отнюдь не красит. Воблой сушеной она отродясь не была, всегда ладненькая, круглобокая, как форель у нас в Шотландии.

– Одним словом, со всех сторон хороша, – подхватил Клиффорд.

Потом он хотел поговорить с Конни о ее двойственном положении… каково ей оставаться девушкой при живом муже. Но так и не набрался храбрости. Близкое, доверительное отношение к супруге порой словно натыкалось на преграду. Душой и мыслями они были едины, телом – просто не существовали друг для друга и избегали любого напоминания об этом, боялись, как преступники – улик.

Впрочем, Конни догадалась, что у отца был какой-то разговор с Клиффордом и чем-то Клиффорд крепко озабочен.

Она знала, что его не беспокоит, demi-vierge она или demimonde[2 - Полусвет (фр.).], лишь бы сам он ничего не ведал и никто ему бы на это не указал. Чего глаз не видит, о том душа не болит, того просто не существует.

Почти два года жили в Рагби Конни и Клиффорд, и тусклую жизнь их целиком поглощала Клиффордова работа. В этом интересы супругов никогда не расходились.