Cкорбная медицинская немощь. Сборник рассказов

 – До асфальта доедем, а там рванём! По рации скажи, что мы тяжёлого везём, пусть опербригаду уже собирают, рентген нужен и лаборант.

На счастье в тот день дежурным врачом был заведующий хирургией Иван Владимирович Чуркин.

Когда мы занесли больного в приемный покой, Иван Владимирович, бегло осмотрев его, коротко сказал:

– Кислорода в операционной не хватит. Нужно баллоны новые подключить.

Человек, ответственный за замену кислородных баллонов любил выпить и жил далеко от районного центра. Искать его ночью в выходной день было не вариант вообще.

– Надо поменять баллоны. Сможешь? – спросил меня хирург.

Даже нисколько не задумываясь, я ответил:

– Да.

– Езжай на склад за кислородом.

Поехал, погрузил баллоны и поменял.

Больного взяли на операцию, но безуспешно. Уж больно тяжёлые были травмы.

У него была открытая черепно-мозговая травма, переломы нескольких рёбер и тот самый гемопневмоторакс, который развился от перелома ребер и разрыва лёгкого.

Он умер на операционном столе.

Осталась жена и двое детей. А самое печальное, что никаких страховых гарантий у него не было, поскольку он не был трудоустроен. «Калы?мил», шабашничал то есть.

…

Был потом «разбор полетов». Я отчитывался по своим действиям на вызове сначала перед начмедом, потом перед главным, потом перед следователем, а на суде перед судьей. Тракториста судили за причинение смерти по неосторожности.

Тёщины блины

Валентин Акимович Кочнев всю свою жизнь прожил в селе.

Проработал он в системе советского госстраха. Вооружившись офицерской планшеткой, он ходил по деревенским домам, собирая с односельчан страховые взносы, в основном, за домашний скот.

Никто из односельчан не понимал, зачем это нужно: страховать свой домашний скот? Ведь в случае, если корова или, например, хряк заболеет, то всё их лечение сводилось к «ампутации хвоста ближе к голове». Иными словами, скотину забивали и съедали, либо мясо шло на продажу, и ни о каких страховых выплатах никто и никогда не задумывался.

Оно ведь в деревне как: «Не жалко, что своя корова сдохла. Жалко, что у соседа до сих пор живая».

За всю свою страховую деятельность Валентин Акимович ни разу не совершал процедуру страховых выплат. Только сбор взносов.

Шесть лет назад Валентин Акимович вышел на заслуженную пенсию и потянулась его скучная пенсионерская жизнь.

На счастье, а как позже оказалось, всё-таки на беду, у Валентина Акимовича была тёща.