Суждения и беседы «Лунь юй»

Вариант перевода: «Чем заискивать о почтении перед юго-западным углом, не лучше ли заискивать о пользе перед очагом?» Возможно, языком поговорки Вансунь Цзя намекает, что Конфуцию было бы выгоднее иметь дело с ним, могущественным сановником, а не искать покровительства князя, отдавшего бразды правления в руки своей молодой жены Наньцзы. По ответу Конфуция видно, что он расценил бы службу у Вансунь Цзя как провинность перед Небом и отказывается сотрудничать с Вансунь Цзя.

35

Великий Храм посвящён Чжоу-гуну, первому, кто положил начало генеалогии царей в царстве Лу.

36

Здесь Конфуций назван цзоусцем по названию местности Цзоу, которую его отец получил во владение за добросовестную службу.

37

Л. С. Переломов приводит пояснение к этому месту из: [Алексеев В. М. Китайская литература. М., 1978. С. 486]. «По древнейшему из комментаторов Мажуну, древний ритуал различал следующие пять степеней или, вернее, достоинств прекрасного стрелка: во-первых, его тихая ласковость вида и движений; во-вторых, выражение его лица и манера обращения; в-третьих, его умение прорвать кожу [в центре мишени – А.

Л.]; в-четвёртых, его подпевание при стрельбе той музыке, которая играет; в-пятых, его танцевальные телодвижения, среди которых, в свою очередь, различалось шесть родов, квалифицируемых с большими подробностями. Вот эти-то достоинства, а не грубую силу грубых людей, являющихся на придворное состязание только для того, чтобы прорвать кожу мишени и ничего не смыслящих в утончённом ритуале благородного турнира, не говоря о предшествующем ему и последующем этикете, – эти-то достоинства и имеет в виду Конфуций».

38

Дин-гун (Сун), младший брат и наследник Чжао-гуна, правил (505–495 гг. до н. э.) в царстве Лу.

39

Песня «Гуань цзюй» («Брачная песня») открывает «Ши цзин».

Там где остров средь реки, где румян восход,

Брачным криком селезень уточку зовёт.

Сладкая прелестница с кожею атласной,

Будешь суженому ты парою прекрасной.

Под ковром речной травы не увидеть дна,

Лепестки нимфейника теребит волна.

Сладкая прелестница с кроткими очами,

Милый твой зовёт тебя днями и ночами.

Кличет – не докличется перемен в судьбе,

Он во сне и наяву бредит о тебе.

Вздохи безутешные, горестны томленья,

Ложе одинокое, нет отдохновенья!

Под ковром речной травы не увидеть дна,

Рвём цветы мы для тебя, девица-луна.