Колокол

Он зарылся лицом в собачью шерсть.

Смутившись, Тоби ответил:

– Спасибо большое. Мне тут будет прекрасно.

– Выпьем по маленькой? – предложил Ник. – Стаканчик виски пополам с водой на ночь, а?

– Я совсем не пью, спасибо большое, – отказался Тоби.

– Ну-ну… Надо бы научить… помогло бы от сквозняков церковных…

Он спустил Мерфи на пол. Пес начал скакать, дергать за штанину, просясь снова на руки.

– Вот что, оставлю-ка я Мерфи, – сказал Ник. – С одеялами тут туговато. Он хоть ноги согревает на рассвете.

Что может быть лучше собаки в постели. Останешься здесь! – обратился он к Мерфи.

– Спасибо, – сказал Тоби. Он прекрасно обошелся бы и без Мерфи, от него уже с души воротит. – Все очень хорошо. – Он сел на кровать. Сил больше не было, смертельно хотелось остаться наконец одному.

Ник остановился в дверях, глянул на него.

– Прежде чем уйти, скажу кое-что забавное. Вас сюда подсадили следить за мной. – Он улыбнулся, опять став симпатичнее и моложе.

Тоби тоже улыбнулся, не зная, что ответить.

– Ну-ну – разве не все мы сторожа ближних своих? – сказал Ник. – Дверь не закрывайте, вдруг Мерфи захочется ночью выйти. Доброй ночи.

Ник скрылся за дверью, оставив ее открытой.

Тоби так за день вымотался, что вдаваться в изумленные размышления был не в силах. Он быстро сходил в ванную, вернулся и застал у кровати Мерфи. Обезьянья умная мордочка напряженно застыла, это смахивало на прелюдию атаки. Надо бы наладить с ним отношения, подумал Тоби и, примирительно протягивая руку, сказал:

– Мерфи, хороший песик…

Мерфи внял, задумчиво лизнул руку, глянув на Тоби из-под ресниц, чересчур длинных для пса.

Тоби вспомнилось, что и у хозяина Мерфи ресницы чересчур длинные для мужчины.

Тоби посмотрел на полуоткрытую дверь. На площадке темно, в доме ни звука. Тоби хотелось бы помолиться. Он стал на колени, застенчиво кося глазом на дверь, но не мог собраться с мыслями. Он поднялся, пересек комнату. На притолоке был крючок. Тоби тихонько притворил дверь и накинул крючок.

Тот вошел без звука. Вернувшись к кровати и став на колени, Тоби закрыл глаза. Вдруг что-то скрипнуло. Мерфи у двери начал скрестись в щелку тупыми когтями. Тоби вскочил и вновь отворил дверь, но пес и не думал выходить. Стоял, глядя на Тоби с раздражающей услужливостью, и, когда Тоби пошел и в третий раз стал на колени, подбежал, замер рядом с сосредоточенностью слабоумного и жарко задышал прямо в шею. Тоби сдался.