Друг-апрель

Без формы, в каком-то масляном трактористском комбинезоне, в сапогах. И рыбой от него пахло почему-то, электроудил, наверное.

– Здравствуй, Иван. – Савельев протер руки о штаны, чище не стали ни штаны, ни руки.

– Здравствуйте, – сказал Аксён как можно безразличнее.

– Все гуляешь?

– Почему же гуляю, тренируюсь.

Савельев хихикнул.

– И в чем же ты тренируешься? – Он больно ткнул в Аксёна пальцем. – Готовишь Боевую неделю? Или Боевой месяц? Или вообще кирдык нам приготовляешь?

– В спортивной ходьбе, – ответил Аксён.

 – Это самый перспективный вид. А про драки я уж и думать забыл, вы же знаете, мне и доктора не велят…

– Доктора… Ваша семейка на все что угодно способна…

– Это предубежденье, дядя Миша. Просто городские не любят ломовских, считают, что мы дикари. А мы обычные люди. Законопослушные граждане.

– Ага, – хмыкнул Савельев. – Конечно, законопослушные… От вас все стонали тут! Пройти нельзя было! Народ вас выселять собирался, еле…

– А я вот в спортивной ходьбе упражняюсь, – перебил Аксён.

 – Живу, не парюсь, с прошлым покончил.

– Короче, Иван. – Савельев подобрался. – Я вижу, ты не поумнел. И если уж никто тебе этого не скажет, так я скажу…

Аксён нарисовал на лице внимание.

– Брат твой у нас на заметке, – Савельев нахмурился. – И он сядет. Рано или поздно, это я могу точно сказать.

– А вдруг нет? – улыбнулся Аксён. – А вдруг он перекуется?

– Сядет, – заверил Савельев. – А как выйдет, снова сядет. И потом опять. Короче, топтать ему не перетоптать… Мать ваша…

Савельев замолчал.

Достал папиросы, закурил.

Аксён тоже молчал. Ждал. Участковый в два затяга высосал «Приму», потушил бычок о бампер «уазика». Подумал.

– Ваша мать… Она была очень… Короче, Иван, так. Держись подальше от Чугуна, так будет для тебя лучше…

– С удовольствием, – Аксён поклонился. – Вы только Чугуна посадите, и я буду держаться от него подальше.

Савельев махнул рукой и стал забираться в «уазик».

– Вы только его пореальнее куда-нибудь законопатьте, в Нарьян-Мар…

– Почему вы такие дураки?! – Савельев хлопнул дверцей.

 – Почему в вашем возрасте все такие дураки?!

– Мы…

Савельев запустил двигатель. Высунулся наружу:

– До дому-то подвезти?

– Спасибо… Я же тренируюсь… Каждый день приходится по двадцать километров проходить, между прочим…

– Ладно… Я в Неходи живу, ты знаешь… Если что, приходи.

«Уазик» дернулся и укатил.

Больше гулять не хотелось, но Аксён прошлепал еще около километра. Для убийства времени.