Афганский тюльпан

Он хотел получить доступ к аппаратуре, заработать хорошую репутацию и потом попробовать организовать рок-группу (о последнем он не распространялся заранее). Классная донесла предложение до директора, та посоветовалась со своими замами и педагогами (в том числе и тет-а-тет с мамой Славы), оценила все риски – и дала добро.

Миша вошёл в число приближённых к Славе пацанов, чьей обязанностью стало подготовить зал столовой к дискотеке. Вшестером они раздвигали к стенам столы и огромные лавочки, освобождая пространство.

Уже через десять минут у них болели руки и спины, потому что вся кухонная мебель была сделана из очень тяжёлого дерева.

Слава тем временем под контролем военрука принёс из спецхранилища в подвале две кассетных деки, а потом спустился за усилителями. На шее у него всё это время были надеты огромные наушники, провод от которых он скрутил и сунул в карман брюк. Усилители оказались потяжелее, и военрук помог ему с одним.

Филатов, двигая очередную лавочку, которая казалась ему чугунной, с завистью смотрел на сцену (столовая совмещала ещё и функции актового зала, в ней был даже занавес).

Ему очень хотелось быть более значимой частью процесса, сидеть рядом со Славой и разглядывать кассеты, которые он принёс из дома вместе с удлинителями.

Откуда у него оказалось столько танцевальной музыки, к которой Слава относился крайне высокомерно и насмешливо, он им не говорил. Но по коробочкам Миша и остальные ребята поняли, что родина всех кассет – Германия. Парень перед переездом на родину запасся там музыкой на любой вкус.

Постепенно зал превратился в танцплощадку. В нём стало больше эха, пацаны ходили и ухали, как совы, в углах столовой, удивляясь тому, как преобразился звук. Никто из них тогда особо не задумывался, что эхо – первый враг дискотек. Им всё было интересно, они ждали, когда Слава включит хоть что-нибудь, чтобы послушать, каково это – лупить громкой музыкой в школе, где никогда нельзя было шуметь.

Музыка не заставила ждать. Для проверки звука Слава поставил свою любимую «Металлику».

Где-то что-то сразу засвистело, зазвенело, в одном углу слышался только голос, в другом – только гул барабанов, мальчишки пожимали плечами и жестом показывали, что происходит какая-то фигня.

Слава встал по центру напротив сцены, глубокомысленно сложив руки на груди и нахмурив брови. «Металлика» сегодня была явно не от слова «металл». Её звук метался по залу и никак не мог превратиться во что-то понятное и близкое ушам и сердцу.