Песнь одиноких китов на частоте 52 Гц

Я поехала за его машиной, и через несколько минут мы добрались до небольшого ресторанчика. На синих занавесках у входа белыми буквами было написано «Закусочная Ёсия». Я протянула руку, чтобы открыть раздвижную дверь из матового стекла, но навстречу вышла группа дяденек в рабочей одежде. Мы вошли, и я увидела, что внутри было просторнее, чем казалось. Стояло четыре столика на четверых и еще четыре места на подиуме. Подиум, видимо, как раз занимали те дядечки – там еще стояла посуда, которую торопливо убирали со стола две девушки в фартуках.

Мы сели лицом друг к другу за свободный столик у окна, и я раскрыла меню. Здесь были карри, отбивные, тянпон – густой суп с лапшой, мясом и овощами, острые кусочки жареной курицы – в общем, довольно много вариантов. Выбор отдельных блюд, не входящих в комплексный обед, тоже был богатым, так что закусочная, кажется, была популярна у простого народа. Вечером тут можно было и выпить.

– Кстати, а где Кэнта?

– Он увлекся сотрудницей ресторанчика, который открыли за «Ионом», – нахмурился Муранака.

Он рассказал, что Кэнта – парень настойчивый и решил ходить на обед только туда. Муранака, пытаясь поддержать чувства подчиненного, тоже ходил вместе с ним, но потом ему надоело, и сегодня он отправился обедать сам по себе.

– Ладно, неважно. Рекомендую вот это – ланч с тэмпурой[13 - Тэмпура – обжаренные в кляре морепродукты или овощи.] из курицы.

Мужчина ткнул пальцем в ланч с огромной фотографией, рядом с которой было красным написано: «Самое популярное блюдо».

Он объяснил мне, что тэмпура из курицы – самое известное местное блюдо, и что вся его семья любит эту закусочную – когда они приходят сюда, только эту курицу и заказывают.

– Что ж, тогда тоже попробую. Будьте любезны!

Я позвала официантку, и девушка тут же подошла к нам. Пока я заказывала два ланча с тэмпурой из курицы, Муранака вдруг сказал:

– Эй, ты же Котоми, да?

Услышав это имя, я невольно вздрогнула, посмотрела на девушку в джинсовом фартуке и белой косынке и выпучила глаза от удивления.

Она действительно лицом напоминала того мальчика.

– О, Муранака…

У нее была тоненькая девичья фигурка. Она застенчиво улыбнулась и каким-то детским жестом потерла щеку. Но вот лицо у нее было, как у старухи, – так что и не подумаешь, что она одноклассница Муранаки. Она выглядела жалко – будто красивый цветок, увядший от яда.