Хорошее соседство

Может быть, ей хотелось просторную, чистую квартиру в хорошем районе, квартиру, где двери спокойно закрываются, где в шкафу достаточно места, где унитаз нормально смывает и не протекает, где не трещат эти огромные отвратительные пещерные кузнечики. Если на то пошло, ей хотелось свободных выходных, чтобы постирать и развесить белье, и купить продуктов, и пропылесосить, и упаковать и выбросить мусор, и отвести дочь на детскую площадку или в кино. Да, ей много чего хотелось, чего она не могла себе позволить, поскольку работала на двух работах, чтобы только купить еду, и заплатить за аренду, детский сад и няню, но что толку было мечтать обо всем этом? Она только почувствовала бы себя еще никчемнее, чем сейчас – а она терпеть не могла это чувство.

Мы должны здесь отметить, раз уж речь зашла о прошлом Джулии, что она совсем не была никчемной, а просто невезучей. Об этом ей и самой стоило напоминать себе почаще. Одни люди рождаются в состоятельных семьях и получают все, что хотят, другие – в нищих, и всю жизнь должны вкалывать, чтобы получить хотя бы тысячную часть того, что имеют богатые.

Одни женщины занимаются незащищенным сексом и не беременеют, другие залетают, даже не узнав фамилии отца ребенка. Одни беременные решают сделать аборт, чтобы не портить себе жизнь еще больше, другие считают, что ребенок станет их отдушиной в мире боли, тем самым человеком, который будет любить их несмотря ни на что.

Любит ли ее Джунипер? Джулия взглянула на старшую дочь, сидящую рядом.

Наверное, этот вопрос глупый, но иногда она не могла найти ответа. Она была так счастлива, что у нее по крайней мере есть Лилия, «Лилия-идиллия», которая стала в их семье не просто солнечным лучиком, а самым настоящим солнцем. Этот ребенок родился с улыбкой на лице.

Джулия чувствовала себя виноватой в том, что детство ее дочерей прошло настолько по-разному. Но, как напомнил ей преподобный Мэтьюс в церкви Новой Надежды, когда она, недавно выйдя замуж и забеременев второй раз, поделилась с ним своими тревогами, она делала для Джунипер все лучшее, что могла.

Лучшее и что могла, подчеркнул он.

– Что сказала кошка? – вдруг спросила Лилия.

– Мяу? – предположила Джулия.

– Нет, пусть Джунипер ответит. Что сказала кошка, когда попала в пустыню?

– Не знаю, – буркнула Джунипер, не отрываясь от учебника алгебры.

– «Ничего себе лоток!» – воскликнула Лилия. – Дошло?

Джулия улыбнулась дочери в зеркало заднего вида.