Хорошее соседство

Но тогда ей пришлось бы объяснить, почему женщины не дотронулись до угощения, и он наверняка назвал бы их страдалицами и еще как-нибудь похуже, и может, даже поднял бы эту тему на вечеринке в честь новоселья, которую они собирались закатить… так что она оставила баночку в ведре.

Вэлери вынула баночку и переложила в компостный ящик, сказав при этом:

– Незнание, конечно, избавляет от ответственности, но гусям и уткам не поможет. Хотя, возможно, не поможет и знание. Люди ведь продолжают покупать фуа-гра и многое другое, что я хотела бы запретить.

Я уж молчу о пластике! Но все же я делаю все возможное, просто чтобы не стыдно было смотреть на себя в зеркало. Как бы то ни было, – добавила она, – сегодня хорошо посидели, правда? Тебе понравилось?

Джулия кивнула.

– Вы так все книги обсуждаете?

– Иногда чуть более страстно. Ты же слышала о «Лолите». Читала эту книгу?

Джулия покачала головой.

– Ну, слышала, конечно. Там про девочку, которая совратила… соблазнила…

– Не совратила и не соблазнила, – поправила Вэлери.

 – Ей всего двенадцать, ее похитили и принудили к сексу. Можно сказать, изнасиловали.

– Ой. Прости, я не в теме. А Эстер – та, о которой вы говорили – думает, что девочка сама виновата?

– Эстер восемьдесят один год, – сказала Вэлери, – и она очень консервативных взглядов. Она считает, что если у девушки был секс до свадьбы, даже если ее заставили, то она сама так или иначе спровоцировала мужчину. Девушка не должна одеваться определенным образом, и смотреть на мужчину, и оставаться с ним наедине, и вообще оставаться одна – ну, сама понимаешь, какими стереотипами она мыслит.

Белинда очень рассердилась. И я тоже, честно говоря. Так много женщин травмированы мужчинами и к тому же еще подобным отношением! Неудивительно, что они не заявляют в полицию и вообще никому не говорят.

– Да, – Джулия кивнула. Помолчала немного, потом сказала: – Так вышло и со мной. Мне было тринадцать, это был начальник мамы.

Ну, один из начальников.

Она посмотрела на Вэлери и увидела – что? Понимание? Да. Женщины могли отнестись к ней с пониманием – Джулия не знала точно, но чувствовала, что эта группа примет ее, если она приоткроет им свое прошлое. Вино развязало ей язык, о чем она ничуть не жалела. Ей хотелось, чтобы женщины ее приняли. Хотелось, чтобы у нее появилась новая подруга, именно эта подруга, Вэлери, о которой Келли сказала, что она – связующее звено.