Минувшей жизни злая кровь

Ее раздражало, что остроумный и начитанный Юра был душой этих посиделок, и многие девицы смотрели ему в рот. К тому же ее совсем не занимали их непонятные споры-разговоры о тех поэтах, писателях и философах, о которых она и не слыхивала. Нет, он должен принадлежать только ей! Поначалу Зойку приняли в компанию, как свою, но ее провинциальное самомнение на пустом месте и заносчивость записной красавицы отшатнули от нее ребят, которым она стала неинтересна.

Так первые зерна семейного раздора упали на благодатную почву.

* * *

В начале сентября Зойка засобиралась домой, к маме, рожать. Конечно, к маме! Куда же еще! Поначалу свекровь ее отговаривала: больницы в Подмосковье все же лучше, чем в далекой сельской Башкирии. Но та уперлась, в душе надеясь, что Юра будет умолять ее остаться. И отговаривать вскоре перестали. Юра проводил ее на Казанский вокзал, пожелав удачи, и отправился домой с легким сердцем. Спустя четверо суток Зойку встретил отец на станции Бердяуш, который приехал за ней на лошади.

Она смущенно ткнулась ему в небритую щеку и, неловко втягивая в себя созревающий живот, уселась на телегу.

– Не растрясти бы тебя по дороге-то, пробормотал отец, тяжело вздыхая. – Мужика-то своего чего ж не привезла? Аль нет его вовсе?

– Есть, папка, только некогда ему. Учится он в институте. Потом как-нибудь приедет, – неуверенно ответила дочь.

– Мать-то все горевала, что ты раньше старшей сестры взамуж выскочила, без спросу, без родительского благословенья.

Опозорила девку, да и нас, ни за что ни про что, на все село. Ладно ли так делать-то было? Оне ведь оба учились в Челябинске, дак все ждали, когда их на работу вместе определят, чтобы расписаться честь по чести. И никому в тягость не быть. Все сами. Марея-то, получив от тебя в мае фотокарточку с мужем: «Марии на добрую память от Юрия и Зои», все убивалась: «Судьбы мне теперь не будет, раз младшая вперед меня выскочила». Да все обошлось. Скоро в Касли поедут, дом им там обещали от работы.

– Остальные-то как, живы-здоровы? – засовестилась Зойка.

– Да все, слава Богу, в порядке. Старшие в школе учатся, а малая при матери. Тоже скоро шесть годов будет.

Как водится на селе, и провожают – ревут, и встречают – ревут. Ребятишки на улице, завидев пылившую телегу, побежали навстречу, чтобы прокатиться до дома с приехавшей из самой Москвы гостьей.