Будни ветеринарного врача. Издание 2-е, исправленное и дополненное

Дикие сексуальные оргии сопровождаются громогласными криками, обозначающими, видимо, новогодний оргазм – в иные дни у соседей царит целомудренная тишина.

…Через пару дней звоню хозяйке кота с лапой и лимфоузлом. Очень вовремя.

– У него лапа отекла аж в три раза! – испуганно говорит женщина: судя по многоголосому шуму она где-то в офисе, на работе – очевидно, не мы одни работаем в эти дни.

Медленно зеленею:

– Лапа?

«Ну пипец, придется резать, доставать лимфоузел… Чёрт!»

– Ну да, передняя лапа, на которой катетер стоял.

«У-у-уф! Передняя?»

– А задняя?

– Не, с задней всё хорошо! – уверяет женщина, и я медленно розовею обратно.

Лапа отекает, если после снятия катетера забывают снять эластичный бинт. А бывает и после потери организмом белка. Вот и тут. Кровотечение, видать, сильное было, когда он себе сосуды бедренные расфигачил.

– Там бинт эластичный на лапе, да? Сняли его?

– А нам никто не сказал…

Да сами забыли, может…

Назначаю таблетки и антибиотик в уколах: нельзя было так рано капельницы отменять.

– Запишите! – ору, упрямо отказываясь прощаться. Шьёшь их, шьёшь, а они послеоперационный нарушают, рискуя свести к нулю все усилия. Мне хватило снятия шовчиков у того кота после остеосинтеза.

– Да-да, я всё записала.

– Если что – звоните.

– Хорошо.

Уф… Минус один головняк.

Больше они не приходят и не звонят.

* * *

– А поедемте на каток? – розовощёкий мужчина сидит напротив меня в кафешке, где мы встретились пятнадцать минут назад.

Очередное знакомство по интернету.

Зовут Андрей. Он довольно словоохотлив, без умолку болтает.

– Да не умею я на коньках, – говорю ему, сдержанно улыбаясь.

– Душечка моя! Мы все чего-то, да не умеем! На то она и жизнь дана, чтобы учиться и всё перепробовать! – восклицает он, потирая руки в преддверии моего обучения.

Ну да, да. В жизни надо всё попробовать, а кое-что попробовать не пробовать.

Однако на коньки я соглашаюсь, и сразу после кафе мы идём на местный каток, который находится неподалёку.

Пункт проката совмещён с раздевалкой, и в окошке уставшая тётка выдаёт нам две пары коньков – потёртых, с истрёпанными шнурками. Мне вспоминается фраза из анекдота, когда дочка просит у папы новые туфельки, а он отвечает: «Ты ещё коньки не сносила!»

В коридоре шныряют люди: орут, хохочут и суетятся.