Преступление и наказание

У самого К-ного переулка[123 - У самого К-ного переулка… – У Конного переулка (с 1952 г. – пер. Гривцова) – от наб. реки Мойки до Сенной площади.], на углу, мещанин и баба, жена его, торговали с двух столов товаром: нитками, тесемками, платками ситцевыми и т. п. Они тоже поднимались домой, но замешкались, разговаривая с подошедшею знакомой. Знакомая эта была Лизавета Ивановна[124 - Знакомая эта была Лизавета Ивановна… – А.Л. Бем сближает героиню ПН с Лизаветой Ивановной из «Пиковой дамы»: «Германн губит старуху-графиню и попутно морально “убивает” ее воспитанницу, живущую с нею в одном доме, – Лизавету Ивановну.

Раскольников убивает старуху-ростовщицу и здесь же убивает и ее сводную сестру – Лизавету Ивановну». Бем А.Л. Пушкин и Достоевский. «Пиковая дама» в творчестве Достоевского. – О Достоевском. Сборник статей под ред А.Л. Бема. Прага, 1929, 1933, 1936. Том I. М., 2007. С. 437. А.Л. Зорин и А.С. Немзер пишут о Д.: «Ни у одного писателя не отыскать такого количества героинь – соименниц карамзинской крестьянки: Лиза Артемьева («Слабое сердце»), Лиза Трусоцкая («Вечный муж»), немочка Луиза («Записки из Мертвого дома»), Лиза («Записки из подполья»), Лизавета («Преступление и наказание»), Елизавета Прокофьевна Епанчина («Идиот»), блаженная Лизавета и Лиза Тушина («Бесы»), Лиза Версилова («Подросток»), Лизавета Смердящая и Лиза Хохлакова («Братья Карамазовы»). <…> Вглядевшись в галерею Лиз, Лизавет, Луиз Достоевского, мы можем назвать случайным, пожалуй, имя лишь одной героини – Елизаветы Прокофьевны Епанчиной. Во всех остальных случаях мы в большей или меньшей степени соприкоснемся с мотивами обманутой любви, соблазнения, грехопадения и их парадоксальными, вывернутыми вариантами – распутство, проституция, обман возлюбленного.<…> Вечно беременная юродивая Лизавета Ивановна – жертва Раскольникова, в котором приметны черты пушкинского Германна, и крестовая сестра Сонечки Мармеладовой. В несчастной проститутке таится высокая жертвенность, опороченная чистота остается чистотой. Топор Раскольникова завершает то, что сделал с Лизаветой миропорядок, порождающий и проституцию, и “умственные” преступления, и предельный распад человеческих связей». – Зорин А.Л., Немзер А.С. Парадоксы чувствительности. «Бедная Лиза» Н.М. Карамзина. – В кн. Столетья не сотрут. М., 1989. С. 48–49.