На войне как на войне

Половина батареи сразу же направляется в уборную курить… Часть курсантов парочками, обнявшись, ходят по двору казармы и ведут задушевные разговоры, в основном о жратве и о девочках.

– Эх, рубануть бы сейчас сальца с чесноком, – мечтательно тянет Васин, – и цены б нам с тобой тогда б, Сачков, не было.

– Да, – соглашается Сачков и смачно сплевывает.

– Сколько у нас дома этого сала было, – продолжает Васин, – целая бочка, ведер на двадцать…

– На двадцать?..

– Да, а что?

– Врешь…

Васин обиженно замолкает.

Минут пять они молча шагают вдоль забора. Васин высвистывает «Землянку».

– Покурим? – спрашивает Сачков.

– Кто покурит, а кто и посмотрит, – в тон ему отвечает Васин.

В самом дальнем углу забора, на куче камней, сидят Баранов с Малешкиным. О чем бы разговор между курсантами ни велся, Баранов всегда переводил его на девочек. На свои любовные похождения, в которых он всегда был победителем… Это и дало повод Птоломею прозвать Баранова Сексуалом.

– Стою я раз часовым у дровяного склада, – рассказывает Сексуал… Сачков и Васин присаживаются.

Баранов, не обращая на них внимания, продолжает: – Вдруг смотрю, идет штучка. Идет, что пишет. Закачаешься. «Стой!» – кричу. Идет… «Стой! Стрелять буду!» Я для виду щелкнул затвором. Остановилась… «Подойди!» – приказываю. Подошла. Глянул я на нее – и всего меня заколотило… Глаза – во. Фигурка – как тростинка. Пополам согнешь – не сломаешь. Эх, думаю, голубушка!..

– Что думаешь? – спросил Малешкин.

Баранов захохотал.

Его смуглое с густыми бровями и на редкость длинными ресницами лицо сжалось от смеха в кулак. Сачков с Васиным посмотрели на Саню, хмыкнули и потом плюнули…

Теленков бесцельно бродил по двору казармы и поддевал носком сапога камешки. Услышав хохот Баранова, он поморщился. «Над чем это он потешается?» Он терпеть не мог красавчика Вальку Баранова. А ведь в первые дни учебы они были неразлучными друзьями. Разрыв произошел, как всегда, внезапно. Как-то Теленков пошел на свидание со своей девушкой и прихватил с собой друга – Баранова… Свидание кончилось тем, что Валька увел его девушку.

Теленков подошел вплотную к Баранову и грубо спросил:

– Опять пошлость расписываешь?..

Баранов нисколько не оскорбился.

– Нет, ты послушай, Теленков?! – воскликнул Валька, вытирая слезы. – Малешкин еще не знает – что, когда к нему пришла девка…

– А ты знаешь? – злобно выдавил Теленков.

– Как будто ты забыл, – усмехнулся Баранов.