Предания, сказки и мифы западных славян

Ветерок тихонько веет,

из костела слышно пенье,

хор церковный воспевает

Иисусовы мученья.

Мальчик радостно встречает:

«Ха-ха, мама! Ха-ха, мама!»

Только маму замечает,

хлопает, смеясь, руками.

Мать на это и не глянет,

а бежит теперь направо,

злата блеск оттуда манит,

блеск могущества и славы!

И коленопреклоненно

снова фартук расстелила,

глядя на металл влюбленно,

весь передник им покрыла.

Фартук полон, встать не может,

больше взять платок поможет,

сердце часто-часто бьется!

Как же рада! Как смеется!

Золото она уносит,

а дитя остаться просит.

«Мама! Мама!» – к ней стремится,

быть один он тут боится.

«Ты не плачь, не плачь, мой крошка,

подожди еще немножко».

И из фартука достала

две монетки золотые,

друг о дружку побренчала:

«Вот игрушки дорогие!

Динь-динь! Слышишь? Как звоночек!»

Но ребенок хнычет, плачет,

он монетки брать не хочет.

В фартук руку опустила,

горстку золотых достала

и ребенку на коленки

все монетки положила.

«Посмотри, что есть у мамы!

Ты не плачь, не плачь, сыночек,

Дитятко, ты – лучший самый,

Динь-динь, поиграй в звоночек.

Мама скоро возвратится,

будем вместе веселиться».

И бегом, бегом из зала,

на ребенка не взглянула,

вот пещеру миновала,

вот к реке опять свернула,

забежала в лес тот темный,

устремясь к избушке скромной.

«Гой ты, хижина простая,

ты останешься пустая!

Жить теперь начнем богато,

мне такой не нужно хаты!

Прочь уйду из чащи темной,

от отцовской крыши скромной,

чудом улыбнулось счастье,

нас покинуло ненастье.

Хватит мне в земле копаться,

буду жить и улыбаться!

Все теперь начнется снова

после этого улова.

Я большой дворец построю,

стану жить я госпожою.