Предания, сказки и мифы западных славян

Рубашки те давно я сшила,

в сундук с приданым уложила,

завяла рута на веночке,

а нету, нету все дружочка!

В свете ль бродит он широком,

камнем в море ли глубоком —

где пропал мой ясный свет?

Лета три как вести нет!

Мария, Дева непорочная,

Ты моя защита прочная:

мне верни любимого,

одного-единого,

мне любимого верни

или жизнь мою возьми,

жизнь его – весенний цвет,

без него не мил мне свет.

Мария, Матерь милости,

куда без Твоей жалости!»

Погнулся образ на стене,

забилось сердце в глубине,

лампа, что едва горела,

вспыхнув, сразу потемнела.

То ли буря погасила,

то ль знаменья злого сила!

Слышишь, что там? что за звук?

А в окошко: тук! тук! тук!

«Спишь, красотка, или бдишь?

Что, красотка, не глядишь?

Ждешь меня или забыла?

Тут я, тут, жених твой милый —

Мне верна иль изменила?»

«Ах, мой милый, жизнь моя!

Я молилась за тебя!

Моя мольба тебе подмога,

за тебя прошу у Бога!»

«Брось молитвы! Встань, иди,

впереди вся ночь в пути.

Месяц светит нам в подмогу.

Ну, невеста, нам в дорогу!»

«Боже правый! Ты о чем?

Да куда же мы пойдем?

Воет буря, ночь темна,

ночь для смертных – время сна».

«День как ночь, а ночь как день,

Все равно, что свет, что тень.

Я до криков петухов

мужем стать твоим готов.

Не тяни, вставай, иди,

у нас венчанье впереди!»

Ах, как была ночь глубока!

Светил лишь месяц свысока.

И тихо, пусто все вокруг,

лишь ветра вой и рядом друг.

Он впереди – все скок да скок,

она за ним, к шажку шажок,

Псы разом взвыли в тишине,

учуяв пару вдалеке,

и выли, выли беспокойно,

как будто рядышком покойник!

«Прекрасна ночь, ясна – как раз

встают из гроба в этот час

усопших тени – встретив их,

ты не лишишься чувств своих?»

«Чего бояться? Ты со мной,

а око Божье надо мной, —

скажи-ка лучше, милый мой,

здоров ли, жив отец родной?

И захотят отец и мать

меня в семью свою принять?»

«Ты слишком много говоришь!

Иди скорее, – увидишь,

иди скорее, час не ждет,

дорога далеко ведет.

Что правой держишь ты рукой?»

«Молитвослов всегда со мной».

«Брось это прочь, слова молитв

тяжеле всех могильных плит!

Брось это прочь, без ноши путь

гораздо легче, не забудь».

Он книжку бросил что есть сил,

и одолели десять миль.

Путь шел их по горам пустым,

по скалам, по лесам густым.