Предания, сказки и мифы западных славян

«Касаться не смей – ведь не ты посадил их!» —

глас низкий, глубокий возник ниоткуда,

пришедший из мира невидимых, дивных,

и голос тот был обещанием чуда.

Вблизи находился лишь пень великанский,

кусты ежевики его окружили,

и высился дальше ствол дуба гигантский

с огромным дуплом, что века сотворили.

Юноша пень обошел, огляделся,

дальше продвинулся, в зелень всмотрелся:

но и следа одного не бывало,

что тут нога человека ступала,

в безлюдной пустыне лишь лес зеленелся.

«Наверное, уши мои подкачали?

Наверное, дикие звери кричали?

Наверное, был это звук водопада?» —

подумал он, больше не слыша ни звука,

и к яблоку поднял опять свою руку.

«Чужое оставь – прикасаться не надо!» —

вновь голос глубокий возник ниоткуда,

и юноша снова подумал про чудо,

и глядь – великанский вдруг пень шевельнулся,

как будто от сна векового очнулся,

широкие плечи, вздымаясь, расправил,

взгляд глаз смоляных на пришельца направил,

как свечи в ночи, эти жаркие очи,

и выдержать взгляд этот не было мочи.

Испуганный юноша крестным знаменьем

в ужасе трижды себя осеняет

и, пораженный кошмарным виденьем,

как перед страшным врага нападеньем,

бежит, и дорогу не разбирает,

до крови шипами себя раздирает

и падает ниц, весь охвачен смятеньем.

«Ах, старче, в лесу этом зло процветает:

скала, на ней яблоня там, на вершине,

она плодоносит плодами златыми,

а пень великанский их рвать запрещает,

и пень этот молвит, очами вращает,

он яблоню от чужаков защищает,

ах, старче, так бесы людей обольщают!»

«Ты ошибаешься, сын мой! От Бога

все чудеса там, Ему лишь во славу!

Вижу, что путь свой закончу по праву

именно здесь, так сложилась дорога,

в этой земле мне лежать.

сын мой, со мной на скалу ты последуй».

Сквозь заросли юноша путь проложил

и старца наверх на руках потащил.