Предания, сказки и мифы западных славян

Невеселые, тоскливые

эти водные края,

в полутьме и полусвете

все течет день ото дня.

Водяного двор большой,

в нем богатства много,

но не веселы душой

гости Водяного.

Если кто-нибудь войдет

во врата хрустальные,

того больше не увидят

родичи печальные.

Водяной у ворот

начинает шить,

его жена молодая —

дитятко кормить.

«Баю-баю, дитятко,

сыночек нежданный,

улыбка на личике —

тоска в сердце мамы.

Ты любовно протянул

ко мне ручки обе:

а я лучше бы лежала

под землей, во гробе.

На кладбище за костелом

с крестом в черной нише,

чтобы мамочке моей

идти ко мне ближе.

Баю-бай, сыночек мой,

мой малютка-водяной!

Как мне хочется домой,

к своей матушке родной!

Старалась бедная она,

приданое шила,

а сейчас в тоске, одна,

без доченьки милой.

Вышла, вышла замуж дочь,

но и тут ошибки:

сваты были – черны раки,

а подружки – рыбки.

А мой муж – помилуй Бог!

Мокрый и на суше,

он в горшочках под водою

людей прячет души.

Ах, сыночек, баю-бай,

волосики зеленые —

выходила мама замуж,

не была влюбленная.

Обманули, затянули

в неразрывны сети,

мне осталась одна радость —

ты на этом свете!»

«Что поешь, жена моя?

Ишь, что напевает! —

твоя песнь проклятая

гнев во мне рождает.

Замолчи, жена моя,

желчь во мне вскипает,

или сделаешься рыбой,

с другими так бывает!»

«Не гневайся, Водяной,

что твои угрозы!

Что возьмешь с растоптанной,

выброшенной розы.

Юности весенний цвет

загубил давно ли?

И ни разу ты моей

не исполнил воли.

Сто раз я тебя просила,

умоляла сладенько,

чтоб пустил хоть на часочек

к моей милой маменьке.

Сто раз я тебя просила,

слез лились потоки,

чтоб позволил мне проститься

с мамой одинокой.

Сто раз я тебя просила,

на коленях, в горести,

в твоем сердце камня сила —

где там взяться жалости!

Не гневайся, не сердись,

Водяной, мой муж.

Или – гневайся и пусть

все случится уж.

Если хочешь рыбой сделать,

чтоб была немая,

преврати-ка лучше в камень,

камень чувств не знает.

Сделай камень из меня,

кровь застынет в жилах,

чтоб душа о свете дня

больше не тужила».