Поезд сирот

Мама аккуратно переворачивала страницы, водила пальцем по черным строчкам на тонкой бумаге, проговаривая слова про себя, пока не находила то, что надо.

– «Залив Гэлвей», – говорила она. – Мое любимое. Почитай вслух.

Я читала:

Когда бы свет ушедших лет не обращался в прах

И пыл не стыл, я б так и жил на этих берегах.

Здесь тесный круг надежных рук соседей и друзей,

И здесь, в свой срок, я б в землю лег, родной залив Гэлвей.

Прочитав все это с запинками, с ошибками, я поднимаю глаза и вижу на мамином лице две полоски от слез.

– Иисус, Мария и Иосиф, – говорит она. – Зачем мы оттуда уехали?

В поезде мы иногда поем. Мистер Куран еще перед отъездом разучил с нами песню и теперь как минимум раз в день дирижирует стоя:

Из городов – в разлив лугов,

Где веет ветерок,

Из царства зла – в страну тепла

Лети, как мотылек!

О дети, милые дети,

Счастье и чистота…

Мы останавливаемся на станции закупить припасы для бутербродов, фрукты и молоко, но выходит из вагона только мистер Куран.

Я вижу из своего окна его белые штиблеты, он договаривается на платформе с фермерами. Один протягивает ему корзину яблок, другой – мешок хлеба. Еще один, в черном фартуке, запускает руку в ящик, разворачивает оберточную бумагу, и оттуда показывается желтый кусок сыра; у меня начинает урчать в животе. Кормят нас скудно: за последние сутки выдали лишь хлебные корки, молоко и по яблоку; то ли они боятся, что еда кончится, то ли считают, что нам это полезно для души.

Миссис Скетчерд марширует по проходу, ведя за собой по две группы – размяться, пока поезд стоит.

– Трясите ногами по очереди, – командует он. – Это полезно для кровообращения.

Малыши хнычут, мальчишки постарше при первой возможности устраивают всякие мелкие шалости. Мне совершенно не хочется связываться с этими мальчишками, для меня они похожи на стаю бездомных псов. Наш хозяин мистер Каминский называл таких «беспризорниками» и говорил, что они сбиваются в банды, воруют кошельки, а то и похуже.

Когда поезд отходит от станции, один из мальчишек зажигает спичку, вызвав гнев мистера Курана, тот дерет ему уши и кричит так, чтобы слышал весь вагон, что мальчишка – паршивый, ни на что не годный шматок грязи на зеленой Господней земле и никогда из него не выйдет ничего путного. В результате в глазах приятелей мальчишка становится настоящим героем, и они принимаются измышлять разные способы вывести мистера Курана из себя, но при этом избежать наказания.