Победитель остается один

Конечно, это оружие – не для профессионалов. «Оно больше подходит для женщин, чем для шпионов», – говорил, помнится, кто-то из британской секретной службы, вручая Джеймсу Бонду усовершенствованную модель пистолета взамен устаревшей. Но он ведь и не претендует на то, чтобы считаться профессионалом, а для исполнения его намерений лучше «беретты» ничего пока не придумано.

И куплена она на черном рынке, так что идентифицировать ствол будет невозможно. В обойме – пять патронов, а он-то собирается использовать всего один, пилочкой для ногтей сделав на головке пули крестообразный надрез.

Попав во что-либо более-менее твердое, она разлетится на четыре части.

Впрочем, пистолет припасен на самый крайний случай. Есть и другие способы сделать так, чтобы чей-то мир погас, чья-то вселенная погибла, и можно не сомневаться – она поймет, о чем идет речь, как только будет обнаружена первая жертва. Она узнает, что сделано это во имя любви, что в душе его нет ни капли обиды или досады и что если она вернется, он примет ее, не спрашивая, как жилось ей последние два года.

Он надеется, что шесть месяцев тщательнейшей подготовки дадут результаты, но убедиться в этом сможет лишь наутро. Да, таков его план – сделать так, чтобы фурии из древнегреческих мифов простерли свои черные крылья над этим лазурно-белым миром бриллиантов, ботокса, двухместных спортивных автомобилей, развивающих чудовищную скорость.

Мечты о власти, об успехе, славе и деньгах – все это может быть прервано в любую минуту благодаря тем маленьким вещицам, которые у него с собой.

Можно бы уже сейчас подняться к себе в номер, потому что в 11:11 РМ ожидаемое случилось, хоть он и был готов ожидать дольше – столько, сколько понадобится. В холл вошел мужчина в сопровождении красивой женщины – оба были одеты как принято, когда отправляешься на одну из гала-вечеринок, которые устраиваются после званых ужинов и на которых народу бывает больше, чем на просмотре любого фестивального фильма.

Игорь сделал вид, что не замечает ее. Одной рукой поднял повыше французскую газету (русская могла бы вызвать подозрения) так, чтобы вошедшая не видела его лица. Впрочем, предосторожность была излишней: женщина – в полнейшем соответствии с тем, как держат себя люди, непреложно уверенные в своем первородстве, – по сторонам не смотрела.