Эрос & Танатос

Привлечь к этому неблагодарному труду ему удалось только Эрика и Ирика. Петрович не уговаривал, а вынес вердикт:

– Заодно потренируетесь. Это же лучше всяких сборов! Питание бесплатное. Даже денег немного заплатим.

Эрик тогда перешел из девятого в десятый. Ирик школу закончил, в институт не собирался и не знал чем заняться. Ребята скрепя сердце согласились.

Трудового энтузиазма хватило на три недели. Работой их Петрович нагрузил, что называется, по полной. К вечеру валились с ног – о тренировках не могли и думать.

Однако самый печальный момент заключался в том, что общаться было абсолютно не с кем. Сезон закрыт. Ни сборов, ни соревнований. Никаких биатлонисток. Тренировались только запоздавшие стендовики. Ребята напросились пострелять из пистолета, благо патронов никто не считал, но досыта настрелялись уже на второй день. С рыбалкой не заладилось, а затем еще и погода испортилась. Совсем затосковав от безысходности, Болек и Лелек позорно дезертировали с трудового фронта. Отпросились у Петровича на выходные и больше не вернулись.

Потом, когда начинался новый сезон, показалось неловким явиться Петровичу на глаза. Объясняться не хотелось. К тому же произошли кое-какие изменения в школе. Появились новые интересы: девушки, вино, кино и домино… Навыки стрельбы, однако, остались с Эриком на всю жизнь. Когда и как они пригодятся, Эрик представить себе в то время, конечно, не мог. Из очевидного – в армии – как раз не пригодились. Пальба из калашникова разительно отличалась от академичной стрельбы из спортивной винтовки.

В новую школу Эрик перешел в середине шестого класса. Школа престижная, языковая, одна из трех самых известных в Городе. Эрик ожидал увидеть благородных юношей и девушек, свободно изъясняющихся между собой на английском, но оказалось, что дети везде одинаковы. На первой же перемене к нему подвалили три упыря, ничем не отличающиеся от темниковских.

– Че, новенький? Не борзей тут!

Эрик и вякнуть ничего не успел, как получил под дых.

Вероятно, для профилактики. Тут же на помощь подлетел его новый сосед по парте, с которым они даже познакомиться не успели.

– Кто борзеет? Вы сами чего щемитесь?

– Да ладно, Кама! Ты чего? Мы так, поприкалываться, – начала оправдываться малолетняя шпана.

– Ну-ка отвалили от него!

– Не ссы! Если че, мне говори, – сказал задира уже Эрику.

Звали спасителя Камиль, однако все, даже классная, называли его Камой.