Море исчезающих времен

Море исчезающих времен

Габриэль Гарсиа Маркес

Библиотека классики (АСТ)

Все рассказы Габриэля Гарсиа Маркеса в одной книге!

Полное собрание малой прозы выдающегося мастера!

От ранних литературных опытов в сборнике «Глаза голубой собаки» – таких, как «Третье смирение», «Диалог с зеркалом» и «Тот, кто ворошит эти розы», – до шедевров магического реализма в сборниках «Похороны Великой Мамы», «Невероятная и грустная история о простодушной Эрендире и ее жестокосердной бабушке» и поэтичных историй в «Двенадцати рассказах-странниках».

Маркес работал в самых разных литературных направлениях, однако именно рассказы в стиле магического реализма стали своеобразной визитной карточкой писателя. Среди них – «Море исчезающих времен», «Последнее плавание корабля-призрака», «Постоянство смерти и любовь» – истинные жемчужины творческого наследия великого прозаика.

Габриэль Гарсиа Маркес

Море исчезающих времен

Gabriel Garc?a Mаrquez

Collected Short Stories

(4 Collections: Ojos de perro azul, Los funerales de la Mamа Grande, La incre?ble y triste historia de la cаndida Erеndira y de su abuela desalmada, Doce cuentos peregrinos)

© Gabriel Garc?a Mаrquez, 1947, 1962, 1972, 1974, 1992

© Издание на русском языке AST Publishers, 2022

* * *

Глаза голубой собаки

Третье смирение[1 - © Перевод.

А. Борисова, 2022.]

Там снова послышался этот шум. Звуки были резкие, отрывистые, надоедливые, уже узнаваемые; но сейчас они вызывали острое, мучительное ощущение, – видимо, за эти дни он от них отвык.

Они гулко отдавались в голове – глухие, болезненные. Казалось, череп у него заполняется сотами. Они вырастали, закручиваясь восходящими спиралями, и ударяли его изнутри, заставляя вибрировать верхушки позвонков в нервном, неустойчивом ритме, в каком вибрировало и все тело. Что-то разладилось в устройстве его крепкого человеческого организма – что-то действовавшее до того нормальным образом – и теперь стучало у него в голове сухими, жесткими ударами молотка, чья-то рука, лишенная плоти, как у скелета, ударяла по черепу, и это заставляло его вспоминать самые горькие в жизни минуты.

Подсознательным движением он сжал кулаки и поднес их к голубовато-фиолетовым артериям на висках, стараясь раздавить невыносимую боль. Ему хотелось взять в руки и ощутить ладонями этот шум, который дырявил его сознание острием алмазной иглы.