12 подвигов Геракла

Поэтому он не подал виду и громовым голосом произнёс:

– Боги Олимпа! Я не нарушу данной мною клятвы. Эврисфей будет арогосским царём, зато мой сын, когда подрастёт, станет самым сильным из всех смертных. Ему предстоит совершить множество подвигов, а вы за это даруете ему бессмертие. Такова моя воля, и да исполнится всё так, как я повелел. И горе тому, кто вздумает этому помешать!

При этом он устремил свой грозный взгляд на Геру, которой, конечно же, не понравилось такое решение.

Как и было предсказано, Алкмена родила двойню.

Один из сыновей, Ифи?кл, был обычным ребёнком, зато другой, названный Гераклом, родился необыкновенно крупным, подвижным и развивался, как говорится, не по дням, а по часам.

Догадываясь о намерениях жены, Зевс велел своей любимой дочери Афи?не охранять её младшего брата Геракла в его колыбели и вообще всячески помогать ему на протяжении всей жизни. И богиня мудрости Афина отправила двенадцать прислужниц, в силе не уступающих мужчинам, в спальню близнецов, чтобы охраняли их денно и нощно, а также послала туда свою любимую сову.

Мудрая птица по ночам обмахивала маленького Геракла мягкими крыльями, чтобы он набирался не только силы, но и ума.

И в самом деле, мстительная Гера решила непременно погубить Геракла, не дожидаясь, пока он встанет на ноги. Для этого она послала двух болотных змей, чтобы они задушили мальчика. Дождавшись полуночи, эти твари вползли в дом и проникли в спальню младенцев. Так случилось, что все двенадцать прислужниц к этому времени уснули, а мудрая сова улетела, поскольку ей было велено наказать крыс, сгрызших пряжу богини Афины – всё это, наверное, тоже не без участия вездесущей Геры…

А сыновья Алкмены безмятежно сопели в своих колыбелях и не слышали, как с шуршанием и шипением приближались к ним огромные змеи.

Но Геракл вдруг пробудился – и увидел над собой две омерзительные зубастые головы с раздвоенными языками.

Ничуть не испугавшись, малыш схватился обеими руками за чешуйчатые шеи и стиснул их, словно мягкие игрушки.

Болотные твари извивались и били хвостами по полу, но Геракл только крепче сжимал кулаки. Маленький Ификл тоже проснулся и поднял крик, который разбудил не только нерадивых охранниц, но и весь дом, включая самого Амфитриона.

Поднялся переполох – было ясно, что с детьми что-то случилось, но в темноте невозможно было понять, что именно. А когда наконец в спальню вбежали кадмейские стражники с факелами, всё было уже кончено.