Лавка древностей

– Ага-а, – многозначительно протянул мистер Брасс и даже хлопнул в ладоши, – это объясняет таинственное исчезновение ключа!

Квилп хмуро посмотрел на него, потом бросил такой же хмурый взгляд на жену, потом на Ричарда Свивеллера и, не получив ни от кого из них ответа на свой молчаливый вопрос, сломя голову бросился вверх по лестнице, а спустя несколько минут так же сломя голову сбежал вниз и подтвердил только что полученное сообщение.

– Странно! – сказал он, косясь на Свивеллера.

 – Очень странно! Уйти и даже не предупредить меня – испытанного, близкого друга!.. Да он мне напишет или попросит, чтобы Нелли написала. Ну, разумеется! Нелли так меня любит! Очаровательная Нелл!

Мистер Свивеллер стоял, разинув рот от изумления, продолжая поглядывать на него искоса, Квилп обратился к мистеру Брассу и заметил как бы между прочим, что это не должно помешать вывозу вещей.

– Ведь они сегодня и хотели уйти, – добавил он, – только почему-то собрались тайком, ни свет ни заря.

Впрочем, на то были свои причины, были!

– Куда же их понесло? – сказал недоумевающий Квилп, покачал головой и поджал губы, давая этим понять, что он прекрасно все знает, но вынужден хранить молчание.

– А почему вы вдруг вывозите вещи? – спросил Дик, глядя на беспорядок вокруг. – Это что значит?

– Это значит, что я их купил, сэр, – отрезал Квилп.

 – Ну что – съели?

– Неужели этот старый хитрец загреб все свои денежки и удалился под мирный кров в тени лесов, где в отдаленье плещет море? – растерянно проговорил Дик.

– И держит в тайне свое местопребывание, чтобы охранить себя от слишком частых визитов любящего внука и его преданных друзей! – добавил карлик, крепко потирая руки. – Я ни на что не намекаю, но вы, кажется, именно это имеете в виду? А?

Ричард Свивеллер был совершенно ошеломлен неожиданным оборотом событий, грозившим полным крахом тому замыслу, в котором ему отводилась столь видная роль, и всем его надеждам на будущее.

Узнав о болезни старика только накануне вечером от Фредерика Трента, он пришел справиться о его здоровье и выразить Нелл свое соболезнование, а заодно и преподнести ей первую порцию тех обольщений, которые должны были в конце концов воспламенить ее сердце.